Весы Правосудия Божиего. Книга первая

Таких усмиряли всем обществом, приводя на разговор к вору в законе, кто был главный и бесспорный авторитет, негласно, но тем не менее всем известно, уполномоченный принимать решение о дальнейшей судьбе провинившегося, определяя его статус, быть ему опущенным до петуха, то есть использованным для сексуальных утех, или убитым вообще, что во многих случаях, наверно, и лучше.

Хотя это тоже в зависимости от индивидуума, кстати… ведь некоторым и на самом деле вовсе не зазорно быть обоеполыми существами одновременно.

Когда наш герой попал в тот практически потусторонний мир, то тогда те легендарные времена уже уходили в прошлое, и ему, наверно, лишь просто по счастливой случайности повезло встретить одного из последних представителей той славной эпохи.

И на самом деле надо отдать должное уважение таким, пусть даже и убежденным рецидивистам, но все-таки сильным личностям, по праву сказать, своеобразно высоконравственным представителям уголовного мира.

В наше время воры в законе занялись бизнесом, да и Бог им судья, только жаль, что ушли те времена, когда вор не марал свои руки ни кровью, ни ложью, в отличие от наших дней, когда все нипочем, лишь бы деньги несло предприятие…

Где нравы, где честь твоя, где мораль?

Ты оставил их всех за воротами.

Шагаешь теперь голой задницей вдаль,

Другими занят ты заботами.

Отнять, обмануть, солгать, наплевать

На все, что не пахнет доходами,

Смотрю, через трупы ты можешь шагать,

Путь прошит кровяными узорами.

Разве так надо хлеб себе добывать,

Кто учил тебя, нечисть поганая?

Вор пусть крал, но не смел убивать,

Сидит в тебе мразь неизгнанная.

Походу, и в черта не веришь, гляди,

Как же носит земля тебя, гадину,

Не поздно, сынок, покайся, уйди,

Ты вернись с той дороги на Родину.

Откроешь ворота и, может, найдешь

Там все, что оставил по глупости.

Попробуй, а нет, то и дальше пойдешь,

Ведь осталось два шага до пропасти.

Глава 11

На следующее утро Броня был вызван из камеры, чтобы встретиться со своим адвокатом, ну конечно, это постаралась его супруга, Инна.

Опытный юрист был более чем конструктивен, то есть:

– Пять тысяч баксов, чтобы начать твое дело, – он объявил без тени стыда на лоснящемся от упитанности грушеобразном лице, а глаза прятал за стеклами чуть затемненных очков-хамелеонов.