Энэр

Елена взяла её за руку и прошептала:

– Успокойся! Всё так, как должно быть.

– Я хочу хотя бы сесть нормально! – продолжала капризы Настя.

– А вы попробуйте сесть на мои ноги, – предложил Кузя.

– Да мы раздавим вас, – мягко отказалась Елена.

– Только попробуйте. Если будет тяжело, то я скажу, – уговаривал Кузя так же шёпотом.

– Вот и садись! – скомандовала Елена, обращаясь к Насте, а Кузя почувствовал намаренность грубого тона.

– Я?! К нему?! – ещё больше возмутилась Настя. – Да не буду я!

– Вот и не хнычь тогда! – а тон с обеих сторон был фальшивым.

Машина долго стояла в ожидании. Наконец пришёл водитель и, хлопнув дверью, громко выдал в открытое окно:

– Поехали!

– Звани, Муса! – послышался голос узбека. – Аллах акбар!

– Бисмилляхир рахманир рахим! – ответил водитель.

Кузя каким-то чутьём определил, что это пожелание добра, доброго пути, а, видя попутчиц в зелёном свете, заметил, что они испугались.

Машина тронулась.

– Это пожелание удачи, – прошептал Кузя Елене.

– А вы откуда знаете?! – удивилась она.

– Догадываюсь, – признался Кузя.

– Что-что?.. – вякнула Настя, склонившись к матери.

Машина в этот момент повернула, и Настя по инерции повалилась на мать, а та – на Кузю.

– Вот так и лежите, чтобы не падать, – посоветовал Кузя.

– Пол-то не чистый, – посетовала Елена, а Настя всё-таки приняла прежнее положение: на корточках.

Кузя взял коробку и, сложив её, попросил Елену приподняться. Та оперлась локтем в пол, а рукой о ногу Кузи, но он это не почувствовал, как и предшествовавшее падение.

«Интересно!» – подумал Кузя.

Елена положила голову на бедро Кузи и улеглась поудобней.

Машина то ехала, то останавливалась, то поворачивала туда-сюда. Настя упорно сопротивлялась толчкам и поворотам, всякий раз рискуя упасть, а Елена, в темноте, лежала с открытыми глазами, о чём-то думая.

Наконец машина остановилась, и водитель вышел.

– Чё, Миха, за товаром? – спросил кто-то.

– За товаром, капитан, – ответил водитель.

– А чё зачастил-то?

– Да, бараны, погрузили не то, что надо. Менять везу.

– Открывай! – потребовал капитан.

Двери кузова открылись, и потолок осветился.

– Разгружать придётся, – выдал капитан.

– Зачем?! – удивился Миха.