Тайна Пророка Моисея

– Кто из вас, русские гниды, посмел сделать больно моему брату?! Я вас всех раком поставлю!

Он прыжком метнулся к Роме, рывком сорвал с его плеча погон ефрейтора, швырнул его себе под ноги, топнул по нему ногой и закричал:

– Это ты?!

– Нет, нет, это не я, – дрожащим голосом торопливо заговорил Рома и указал пальцем на Еву. – Это она. И больше скажу потому, что я человек честный. – Рома судорожно сглотнул слюну и сильно продолжал говорить: – Она всегда плохо отзывалась о мигрантах.

– А ты? – спросил "качок".

– Я всегда говорил, что мигранты – это честь и совесть России. Спасители России.

– Ну, и говно же ты, – сказала Ева.

– Я человек чести!

"Качок"расстегнул кобуру, что висела на поясе Ромы, неторопливым движением руки вынул из неё пистолет и положил его в карман своего пиджака.

– Ты говно русское, согласен, что ты говно? – спросил "качок"Рому, слегка тыча его ножом.

– Да, да.

Брат "качка"продолжал визжать, и "качок"вновь закричал:

– Кто обидел Люка?!

Я отодвинул от себя Юлию на расстояние вытянутой руки.

Но девушка прильнула ко мне. Я поправил на её голове шлем и вновь отстранил от себя.

"Качок"подступил ко мне и поднёс кончик ножа к моему лицу.

– Так это ты, гнида русская, обидел моего брата?

– Да, да! – закричал Рома. – Это он! Он вас, мигрантов, за людей не считает!

Качок начал медленно опускать вниз нож, отвернув от меня своё лицо в сторону.

Я повернулся к "качку"корпусом.

И едва его рука с ножом стремительно метнулась в мою сторону, в живот, как я ещё быстрее – дёрнул себя вбок.

Нож скользнул мимо моего тела. И тут же я сжал локтём руку "качка", и нанёс два молниеносных удара средними фалангами сжатого кулака – в верхние и нижние зубы своего врага. Выбил все передние зубы.

Поезд в это время остановился, двери открылись, и я, развернув "качка"лицом в сторону открытого входа, швырнул его на платформу, где стояли два полицейских.

"Качок", быстро перебирая ногами, выставив вперёд руки, по – прежнему сжимая нож, помчался на полицейских.

Они, увидев бежавшего на них с ножом в руке мигранта, прыжками метнулись в разные стороны, крича:

– Помогите кто – нибудь!

Я шагнул к мигрантам и голосом "зоны"сказал:

– Всем лечь на пол, иначе буду убивать!

И эти люди, привыкшие у себя на родине в городах и кишлаках пресмыкаться перед баями, воспитанные родителями – рабами – немедленно опустились на грязный захарканный пол.