Тайна Пророка Моисея

Дятла, вероятно, ровесника Хайло, я увидел во время "торжественного"вручения аттестатов тем парням и девушкам, которые сдали экзамены за последний, десятый класс.

В школьном дворе была построена трибуна, установлен микрофон, расставлены кресла, куда сели представители толи правительства Москвы, толи – министерства просвещения.

Когда директор детского дома что – то бубнил в микрофон, читая по бумажке, Дятел, сидевший на трибуне сбоку в кресле, широко расставив ноги, плевал вниз, в сторону стоявших внизу воспитанников детсткого дома.

Я хотел уйти в библиотеку, но Катя задержала меня.

– Подожди. Ты сейчас увидишь нечто, для всех нормальное.

После того, как директор вручил всем бывшим школьникам аттестаты, то отступил к столу, взял толстую папку и подошёл к солидному мужчине в дорогом мериканском костюме. Он и был отцом Дятла.

Директор, согнувшись, протянул левой рукой папку отцу Дятла, а правую протянул для пожатия. Но солидный мужчина взял папку и. не пожав руку директору, вышел к микрофону.

– Ты догадался, что передал Хрыч?

– Нет.

– Это ордера квартир в Москве.

– Ты уверена?

– Хм, Женя, это все знают, кроме тебя.

– А почему…– начал было говорить я, но Катя стремительным жестом закрыла мне рот ладонью.

– Пойдём отсюда. Он сейчас будет говорить о чести, о совести, о долге перед Родиной.

Хайло, вылезая из машины, говорил:

– …Я не знаю, где мочалки добывают деньги, но платят аккуратно.

– Ну, это смешные гроши.

– А ты помоги мне рубить хорошие бабки.

– Я подумаю, куда тебя, Хайло, пристроить…А вот и первое тебе задание. Эту девку сейчас быстро ко мне. А потом поставим раком.

– Её "папик"придёт в ярость.

– А ты ей морду изуродуй. И "папик"забудет о ней.

– Ха, Красавчик, умно. Я так и сделаю.

Я посмотрел на Катю. На её очень красивом лице был дикий ужас. Катя едва слышно сказала:

– Женя, я буду осторожной.

Я взял её подрагивающую руку, и мы пошли в сторону аллеи. Я шёл впереди, а Катя шла за мной.

Дятел, увидев меня, хохотнул, сильно хлопнул ладонями по своим бёдрам и повернулся ко мне спиной.

– И этот сморчок запугал крысятник? Ну, что вы за люди?

– А ты, Дят…Красавчик, врежь ему.

– Мне дурно, Хайло, что ты сказал нехорошее слово.

– Я сказал "Красавчик". Я бы сам врезал ему, но мне надо рулить машиной.

Дятел повернулся ко мне лицом и, изобразив на нём гримасу боли, и говоря:"И с кем приходится общаться?"пошёл навстречу.