Мастер, который создал тхэквондо

***

Однажды надзиратель принёс с собой на смену полное ведро воды. И принялся дразнить заключённых:

– У меня здесь вкусная холодная водичка! Та камера, в которой есть хороший певец, получит целый ковшик!

Все хотели выжить, поэтому из каждой камеры доносилось пение. Но в моей камере не нашлось никого, кто знал хоть какую-то песню. Воды в ведре оставалась немного, поэтому я сам затянул корейскую народную песню.

Надзиратель оценил старания, налил ковш воды и попросил спеть что-нибудь ещё. На этот раз я решил исполнить популярную современную песню.

Где-то посередине песни раздался крик:

– Кто это распелся?

К нам в камеру влетел другой охранник, который ничего не знал про «песенный конкурс». Надавал всем тумаков, а на меня надел наручники. Вот скажите, в чём я виноват? Не я придумал «конкурс» по пению – я просто пытался получить немного воды. Со стороны обоих охранников бесчестно и жестоко. Обиднее всего, что они оба корейцы… Это ужасно – быть закованным в наручники.

И особенно страшно, когда руки скованы за спиной: сидеть в таком состоянии больно, лежать или спать невозможно. Человеку в наручниках приходится есть как собаке, уткнувшись лицом в чашку, лакать сидя на корточках.

Утром я отказался от миски с завтраком, отдал сокамерникам. Ближе к обеденному времени стало мутить от голода, но я всё ещё был в наручниках. Раздали миски с едой – я опять отказался. Мои сокамерники забеспокоились, умоляли поесть хоть немного. Но мне была ненавистна мысль, что со мной обращаются как с животным.

Лучше смерть, решил я, чем такое унижение. Вскоре я потерял сознание…

Очнулся ближе к вечеру. Тот охранник, который надел на меня наручники, отвёл меня к начальнику охраны.

– Ты отличный певец! – сказал он. – Снимите с него наручники.

Только я вздохнул с облегчением, как начальник попросил меня спеть что-нибудь. Я взглянул на него с недоумением. Из-за этого пения у меня и так проблемы, на меня хотят повесить ещё?

– Нет, – отказался я.

 – Петь я не буду, хоть режьте.

Начальник сразу изменился в лице. Он не ожидал такого поворота и снова приказал заковать меня в наручники. Воистину, мне устроили тюрьму внутри тюрьмы. Конечно, должны были наказать охранника, который устроил «песенный конкурс». Но я не видел смысла сдавать его, поэтому взял всю вину на себя. Удивительное дело: надзиратель, который заставлял заключённых петь за ковш воды, пришёл ко мне в камеру, извинился.