Мастер, который создал тхэквондо

И однажды тот спросил корейца, чем может быть полезен. Пак Сунн Ква ответил, что хотел бы посмотреть, как Хон Хи занимается каратэ. Необычная просьба объяснялась довольно просто – он был фанатом единоборств и пытался повторять мои движения у себя в камере. Забегая вперёд, скажу, что много лет спустя он посвятил свою жизнь изучению и преподаванию каратэ.

В итоге мне приказали публично потренироваться. Я продемонстрировал несколько эффектных приёмов, охранник тоже заинтересовался и отправил мальчишку-помощника во двор за черепицей.

– Погоди, погоди! Ты уверен, что не поранишься?

– Всё будет нормально, – ответил я.

– Слушай, если ты поранишься, мне влетит… Может, постелим поверх полотенце?

И обернулся к мальцу-помощнику:

– Эй, ты! Принеси нам…

Йошимото не успел закончить фразу, как я размахнулся и рукой расколол груду черепицы. Все восемь плиток разлетелись на кусочки.

Много позже, когда я практиковал и демонстрировал навыки тхэквондо в течение сорока лет по всему миру, публика награждала меня аплодисментами. Но признание, которое я получил в тюрьме, до сих пор считаю самым значительным в своей жизни.

Когда ночь сменилась рассветом, Йошимото сам пришёл ко мне в камеру, чтобы я показал базовые движения каратэ. Позднее к нам присоединились остальные охранники, а в финале разрешили заниматься и заключённым.

***

Японцы всегда обострённо воспринимали любые попытки протеста. Опасались, что антияпонские настроения волной прокатятся по стране и осложнят призыв корейцев в армию. Поэтому правительство предпочитало убирать всю информацию под сукно и ни в коем случае не допускать утечек в СМИ. Разумеется, применяя подобную тактику, чиновники в первую очередь заботились о собственной шкуре.

Мой арест сказался и на моей семье. Отца моего, в ту пору уже далеко не молодого человека, схватили и отправили на рудники в далёкую деревню Му-Сан. Других членов семьи поставили под полицейский надзор. Так получилось, что меня арестовали в тот день, когда мама появилась на пропускном пункте. Ждала меня, ждала, но, как вы понимаете, бесполезно. И самое мерзкое в ситуации – ей никто ничего не объяснил.