Самые слики. Хроники «Формулы-1»

Ну а в Японии сказка завершилась – все понимали, кто виноват, но немногие знали, что делать. Преследуя Сенну, Британский Лев явно не смог удержаться за соперником и вылетел в гравий. Гонка как в самой Японии, так и за чемпионский титул завершилась.

Вице-чемпион в третий раз. Сложно поверить, но ни Найджел, ни сам Фрэнк Уильямс особо не расстраивались – все, не только в команде, но и в паддоке, понимали, что в следующем сезоне равных желто-синему болиду с красной пятеркой на носу просто не будет.

1992. ЭЛЕМЕНТАРНО, ВАТСОН!

Сезон-1992 – лебединая песня нашего Ватсона.

Автомобиль FW14B оказался на две секунды быстрее предшественника: он был оснащен активной подвеской, которая прошла 7000 часов испытаний; аэродинамикой машины занимался легендарный… ну, теперь уже легендарный Эдриан Ньюи, оттачивавший ее формы в аэродинамической трубе, а множество инженеров оснастили этот «самовоз» внушительным арсеналом передовой на тот день электроники. Первые пять этапов 1992 года принесли Найджелу пять поулов и 50 очков за пять побед – комбо.

А потом была гонка в Монако, где Мэнселл ни разу не побеждал. Ненадежная гайка крепления колеса вынудила его совершить внеплановый пит-стоп, в результате чего Сенна вырвался вперед. Последние круги Гран-при Монако 1992 года также мгновенно стали историей «Формулы-1». Это была великая борьба двух великих пилотов, один из которых сидел за рулем великой машины, но проиграл. Вновь Найджел Мэнселл не смог самостоятельно покинуть кокпит своего болида – к подиуму его несли буквально на руках.

К слову, с этим связана интересная история, о которой знают немногие. Оказывается, на Гран-при Австралии, в заключительной гонке 1991-го, британец сломал ногу. Он тогда обманул доктора Сида Уоткинса, сказав, что все в порядке, ведь восстановительный период мог занять три месяца. Другой врач, близкий друг гонщика, сказал, что потребуется операция: кость была раздроблена. И это при возможности наконец-то побороться за титул? Ну уж нет!

В итоге Найджела оснастили сапогами с карбоновыми вставками, и он еще очень долго не только испытывал муки при пилотаже, но и ходить мог исключительно в специальной обуви.

Возможно, та гримаса боли в Монако была связана именно с этим.

Практически после каждой гонки я находил темный угол и просто плакал от боли – без операции нога заживала очень долго, но это был мой выбор. Три раза я побывал на свадьбе, но оказывался «подружкой невесты» (Найджел имеет в виду три вице-чемпионства. – Прим. авт.).