Светлейший

«На то она и политика», – часто говаривал он, вздыхая и горестно разводя руками.

Екатерина отвела взгляд от умирающей императрицы и вздохнула.

Но всякий плут рано или поздно попадается на своих проделках. Попался и граф Алексей Петрович Бестужев. И не на взятках!

…Года три назад здоровье императрицы пошатнулось. Елизавета Петровна болела все чаще. На престол должен был вступить её наследник, великий князь Петр Федорович, поклонник прусского короля Фридриха II, а значит – лютый враг Бестужева. Канцлер вел антипрусскую политику, поддерживал Австрию.

Бестужев затеял в то время сложную интригу в пользу сына и жены наследника… Тем более делать это было не трудно, супруга Павла – Екатерина, и сама явно претендовала на эту роль. Канцлеру оставалось лишь направить её в нужном направлении.

Екатерина вспомнила разговор с Бестужевым незадолго до его ареста.

– Ваше высочество, государыня сильно болеет, вот-вот помрёт, власть перейдёт к вашему супругу. Я хочу, чтобы вы имели равные с ним права.

Бестужев хитро взглянул на Екатерину, желая увидеть реакцию на свои слова.

Однако Екатерина умела скрывать свои чувства, она никак не отреагировала в ответ на это предложение: на лице великой княгини не дрогнул ни один мускул, она молчала. Канцлер вздохнул и продолжил:

– Попозже мы отстраним вашего мужа от власти, а вас с сыном провозгласим государыней российской. Надо послать весточку командующему Апраксину, он должен знать, что вы согласны на этот план. Екатерина насторожено посмотрела на канцлера.

– Без него никак… Я его с войсками уже своей депешей вызвал в столицу. Мало ли что… Княгиня продолжала недоверчиво глядеть на графа.

Бестужев поспешил добавить:

– Дабы не было смуты в народе, всю власть мы отдадим Верховному совету. Вы же, ваше высочество, сможете преспокойно наслаждаться утехами светской жизни.

– А вам-то какой интерес, граф? И что значит «устранить моего законного супруга»?

– Мой интерес, ваше высочество?! Пост первого министра, который я занимаю сейчас, меня вполне устроит.

А с вашим мужем мы решим, что делать. Думаю, он сам откажется от престола в вашу пользу и в пользу Верховного совета.

Екатерина Алексеевна недоверчиво посмотрела на канцлера. С трудом, но всё же он убедил тогда её участвовать в своих интригах. Екатерина снова вздохнула и прикрыла глаза.

…Февраль 1758 года, глубоко за полночь. В покоях Екатерины холодно, её бьёт нервная дрожь. Заговор раскрыт. Императрица знает о её письмах Апраксину и Бестужеву.