Эрлик

Вылетев из Хабаровска, я направился прямиком на Южный полюс и, пролетев над ним, устремился на север, взяв курс на остров Огненная земля, что лежит на юге Южной Америки. Это одно из моих любимых мест, там чувствуешь себя на окраине всех земель, в царстве покоя. Но там я не стал ни задерживаться, ни садиться, а пролетел через весь материк с юга на север, а затем и через Северную Америку до Северного полюса. Здесь стоит отметить тот очень важный факт, что в США используются одни из самых безупречных радарных установок в мире.

То, что ни одна из них не смогла меня обнаружить, было ожидаемым явлением, особенно для вашего руководства, но всё-таки поразительным. Даже инфракрасного излучения от несущейся с немыслимой скоростью тяжелой машины не было, таков режим защиты от лишних глаз, установленный на вертолете. Затем, пролетев над Северным полюсом, я вновь преодолел весь земной шар, но уже через Индию, двигаясь по 80-му меридиану восточной долготы. Достигнув берегов Антарктиды, я обогнул материк с востока на запад, развив самую большую скорость в тропосфере, на высоте двух с половиной километров, двигаясь в круговом направлении. Почти обогнув Антарктиду, я вновь повернул на север, но уже взяв курс к африканскому побережью, на город Ломе, что в Того. Впоследствии, преодолев всю Западную Африку с юга на север, пронесясь над песками Сахары, я сделал посадку впервые за весь полет, в Андалузии, где находился один из ангаров организации… Можно сказать, что там находился один из ангаров вашего руководства. Но, поверьте мне, остановился лишь затем, чтобы пополнить багаж вертолета божественными лакомствами, предвкушая наш пир! Я вполне мог и не совершать остановку, сделав полет безпосадочным, но… это было мое скромное желание, которому ваше руководство любезно позволило осуществиться. Из Андалузии я через всю Евразию пролетел прямо сюда, прибыв, как все вы успели заметить, в расчетное время, успев до наступления сумерек…

– Но что за двигатель установлен на этом вертолете? – спросил Ярослав.

 – С самого прилета сюда меня не покидали раздумья, что за могучее сердце должно быть у машины, работающей так надежно и долго и притом развивающей такие невозможные не только для вертолета, но и для очень многих самолетов скорости. Признаюсь, мне не приходило в голову до этого ничего, что я бы знал ранее. Из моих скудных знаний, лишь ядерный двигатель способен дать характеристики, чуть близкие характеристикам «Сокола».