Работа над ошибками

Главный прорыв случился, когда кто-то в правительстве пролоббировал законопроект о финансовой поддержке всех, кто заботится о воем здоровье, включая и приобретение киберсьютов, а не только посещение фитнес-залов. Спецслужбы неофициально поддержали эту идею, потому что забить электронику этой шкуры различными подслушивалками и геотрекерами очень просто. На благо пользователя. В каждом процессоре костюма есть контролер состояния работы сердца и дыхания, так что если не дай бог что… киберсьют сам и «скорую» вызовет и сердце током простимулирует и полицию вызовет.

Светка – не исключение, тоже накопила на киберсьют, но сейчас ей не до костюма.  Она в отчаянии металась по квартире в ожидании адвоката.

Хазин вел все дела сотрудников «скорой», а их было немало. Арнольд Моисеевич весьма неплохо зарабатывал, особенно, если ему удавалась отбить скоропомощника у жаждущих крови родственников больного или погибшего. Отбить удавалось, но не всегда.

В случае с Юрой Хазин обещать ничего не стал, постарался «сделать все, что возможно».

Случай совершенно идиотский. Переругались родственники ракового больного между собой и с поликлиникой. На суде постоянно звучало, что «врач „скорой“ сказал». В результате частное отношение суда в администрацию Станции «Скорой» о разглашении сотрудником врачебной тайны и нарушение медицинской этики.

Юрку отстранили от выездной работы, хотя он написал в объяснительной, что его попросили всего лишь перевести с латыни фразу, которая означает «Рак желудка с удаленными метастазами». Он ничего не знал о больном родственнике этих сутяг. Он приезжал к одной из их бабулек и про этого ракового больного не слышал. Администрация СМП не имела права его сразу уволить, как бюджетника, обязанного отработать пять лет по распределению, ограничились переводом в архив – оператором на минимальную ставку.

Хазин на предварительном слушании спросил у свидетелей, которыми в «деле врача Свиридова» стали родственники-сутяги: «Откуда они взяли эту запись по латыни»? Те объяснили, что один из них подсмотрел эту надпись на служебном компьютере врача в одной частной клинике, где проходил обследование их больной родственник.