Работа над ошибками

Судья оказался умнее и добрее, что ли, как были добрыми инквизиторы и вивисекторы, которые постановляли сжечь, но сперва придушить, чтоб приговоренному гореть и не мучиться, или отрубить голову, но начать с макушки.

Секретарь суда произнес сакраментальную фразу «Встать! Суд идет»!

Мы встали. Судья вернулась из комнаты заседаний и зачитала решение:

– Свиридов Юрий Александрович обвиняемый по статьям… УК России, а также статье… за разглашение медицинской тайны и нарушение закона о медицинской этике, руководствуясь статьями… – признан виновным и приговаривается к двум годам лишения свободы условно и лишению права заниматься медицинской практикой сроком на пять лет.

Подсудимый освобождается из под стражи в зале суда. Приговор может быть обжалован в установленные законом сроки. Вопрос трудоустройства через ФСИН по желанию подсудимого остается открытым.

Признать иск ГБУ «Клиника паллиативной медицины» к гражданину Свиридову. В погашение иска предложено отторжение из собственности Свиридовых жилой площади, стоимость которой на данный момент с учетом оставшейся задолженности по ипотеке составляет семь миллионов пятьсот семьдесят тысяч рублей.

Отношение суда банку и истцу будет отправлено после соблюдения формальностей с учетом сроков апелляции.

Адвокат крикнул Юре:

– Мы подадим апелляцию! Прямо сегодня! Не уходите! Я подготовлю документы. До Верховного суда…

Я прорывался к скамье подсудимых. Светлана ухватилась за мою куртку и двигалась следом.

Юрка на слова адвоката криво усмехался.

Я ждал, пока он выйдет из клетки. Охрана исчезла. В зале было холодно, видимо нарочно не топили, чтобы судья и присяжные не затягивали заседание. Я локтями распихивал скучающих «любителей крови» и журналюг, которые комментировали решение перед небольшими камерами, закрепленными прямо на выносной штанге, прикрепленной к шлему с логотипом своих каналов.

Вранье, типа «Нет доказательств, что ему заплатили, но, мы-то с вами знаем, как это обычно бывает…» – лилось из поганых ртов этих искателей сенсаций.

Один набрался наглости и крикнул в сторону Свиридова:

– Признайтесь, сколько вам заплатили эти люди за разглашение врачебной тайны? Они предлагали вам поделиться наследством? Это вы им предложили или они вам? Теперь уже можно не скрывать. Суд не станет менять свой приговор. Расскажите!

Журналисты развернули камеры на Юру, ожидая скандала, брани или драки.