Проект А.К.С.О.Н.

Кровопотеря наружу из-за ножевого ранения вышла не слишком большой. Заполнив полость перикарда, кровь после удара ножом помешала сердцу сокращаться и качать, но она излилась в полость средостения, в пробитом легком она заполнила плевральный синус слева, чуть поджав левое легкое.

К моменту активного движения из этих полостей вода уже всосалась, оставив плотные сгустки опечене?вшей крови.

Сгу?сток в перика?рде теперь не мешал сердцу работать достаточно эффективно. В крови, после того, как она чуть не свернулась в русле, быстро нарастала концентрация фермента фибринолизина, выброшенного печенью, и все сгустки быстро растворялись, не успев превратиться в полноценный тромб, оставляя после себя фрагменты белка, которые в медицинском мире называют ПДФ – «продукты деградации фибрина».

Свертывание крови, от максимального, качнулось обратно, и теперь по сосудам потекла жидкость, практически не способная свернуться, как у больного гемофилией.

Такая низкая вязкость крови позволяла ей отлично снабжать кислородом все отделы, включая и мышцы и мозг, то есть, максимально эффективно.

Клетки жировой ткани, подчиняясь печени, выбросившей в кровь фермент липазу и надпочечникам, продолжавшим выделять адреналин, принялись выдавать в лимфу запасы жиров-триглицери?дов, которые, достигнув необходимых клеток–мишеней, в основном мышечных, подверглись распаду и дали необходимую энергию и воду, попутно засоряя кровь кето?нами.

Количество подкожного жира сокращалось, отчего труп Зверева заметно «подсыхал» – худел.

С каждой минутой и ткани легких освобождалась от микросгустков заполнивших артериолы и венулы системы газообмена малого круга кровообращения.

Тело Зверева, ощущая прилив кислорода и питания к мышцам, встало на ноги и, все больше обретая уверенность, двинулось по дорожкам мимо больничных корпусов, ориентируясь на запахи и ветер.

А манил древнего зверя, воскресшего в мозгу убитого студента, который еще так и не утолил жажды, запах близкой воды.

До реки было недалеко по меркам природы, но, весьма немало, по меркам города. Предстояло пройти чуть больше километра, до ручья, имевшего гордое название: «река Яуза». Где-то, ближе к центру города этот поток и может быть мог считаться рекой, а тут он был шириной метров восемь и глубиной до одного метра и имел травяные отлогие берега, поросшие бурьяном и кустами вербы.

Тело добралось до больничных ворот и столкнулось с полосатым шлагбаумом.