Последняя подлодка фюрера. Миссия в Антарктиде

В течение последнего получаса лодка развивает 18-узловой ход.

23:04. Лодка ложится на боевой курс 15 градусов, который выводит ее строго перпендикулярно левому борту лайнера. Через четыре минуты подлодка дает полный четырехторпедный залп. Дистанция до цели – 4,5 кабельтовых, расчетный угол встречи – 85 градусов.

Спустя 37 секунд первая рыбина с надписью «За Родину!» поражает левый борт цели в районе капитанского мостика. Вслед за этим почти сразу следуют еще два взрыва. «За Советский народ!», «За Ленинград!» – надписи на бортах торпед.

* * *

Над волнами остервенело хрипел ревун. Луч прожектора шарил по волнам и заставлял тьму отступать. «Лёве» достиг точки рандеву. Прожектор чиркнул по борту лайнера. В следующую секунду над бортом взметнулся характерный белый фонтан, знакомый каждому подводнику, тем более командиру торпедной части.

– Черт! – выругался Карлевитц, когда звуки разрывов не оставили ни малейшего сомнения. – Этого я больше всего и боялся! Герр капитан-лейтенант, почему вы не включаете гидролокатор? Давайте хотя бы накажем этих уродов!

– Бесполезно, – ответил Прюффе. – Два дня назад мы повредили антенну ГАС[19 - Гидроакустическая станция.] при ударе о льдину. А что вы хотели, коллега? – Прюффе перехватил удивленный взгляд Карлевитца. – Вы ничего не говорили о том, что нам придется вступать в бой с русскими.

Прав Прюффе, конечно, выбора не было – либо «Лёве», либо ничего. Карлевитц решил, что лучше хотя бы что-то.

– Курс на корму «Густлоффа»! – отдал приказ Прюффе. – Попробуем пришвартоваться и принять людей. – Нараставший с каждой минутой крен сделал это невозможным, но уже через 30 минут после взрыва торпед «Лёве» снимал со шлюпок первых пострадавших.

23:09… «Вильгельм Густлофф» получил серьезный крен на левый борт и начал тонуть… Через минуту весь левый борт ушел под воду.

Балтика неистовствовала. Снежные заряды один за одним проходили на юго-восток, волнение достигало 7 баллов. В этом месиве льда, воды, снега, ветра и стали боролись за жизнь несколько тысяч человек. Единственной их надеждой был эсминец с неисправной системой ГАС. Его радиостанция отстукивала в эфир координаты трагедии.