Позывной «Юнкер»

За этим занятием меня как-то застала пьяная уборщица подъезда, лохматая толстая и страшная, и как закричит: «Ах ты, пачкун-негодник! Вот сейчас поймаю и сику тебе надеру!». Мне стало ужасно страшно, и я со всех сил бросился бежать в свою квартиру и там спрятался под кроватью. Потом мне пацаны рассказали, что это вовсе не страшно, а даже приятно, но я от этих рассказов стал ещё больше бояться пьяной уборщицы, представляя себе, как она ловит меня в тёмном подъезде, стаскивает шорты и сосёт, как карамельку, мой писун своим огромным ртом.

«Точно малохольный», – подумал Петухов и спросил:

– А кто такой прозектор?

– Это основной специалист по определению причины смерти после вскрытия трупа, – важно пояснил Кеша.

– Чьего трупа?

– Любого усопшего.

– Ух ты! И ты умеешь это делать?

– Нет, но мне тётя рассказывала, как это делается, и я даже иногда ей помогал при вскрытиях, так интересно и увлекательно, – сказал Кеша мечтательно и прищёлкнул языком.

– Что ж тут интересного, труп он и есть труп, даже противно.

– Ты, Петя, совсем не понимаешь всей пикантности процесса вскрытия. Спускаюсь я как-то в морг помогать тёте, а там на стальном столе лежит совсем нагая, безропотная, красивая белокурая молодая женщина, неделю назад ещё завлекавшая мужиков своими прелестями, раскинув без стыда ноги. Тётя её скальпелем как полоснула по животу и кричит мне «Подставь тазик!», двумя руками выгребла все внутренности у красавицы и бух их в таз…

– А где она сейчас? – спросил его Петухов, чтобы прервать этот дикий бред.

– Кто, красавица? – посмотрел на него Кеша увлажнёнными от воспоминаний глазами.

– Нет, тётя твоя.

– Померла неделю назад, – равнодушно вздохнул тот.

– И ты идёшь её вскрывать? – неудачно съехидничал Петухов и поддёрнул ручку баула, где опять что-то звякнуло.

– Нет, её уже похоронили, и место прозектора в морге освободилось, вот я и хочу его занять по наследству, так сказать. И квартиру свою тётя мне завещала, вот туда сейчас и направляюсь. А ты куда идёшь? – строго спросил он Петухова.

– Иду куда глаза глядят, лишь бы подальше от больничной кровати, хочу на работу устроится куда-нибудь. Я в госпитале почти полгода пролежал, лечился там после ранения в обе ноги, – и потыкал себя пальцем в бёдра.