Путь к себе

Здесь я впервые научился играть в шахматы.

До семи лет я не знал, ни горя, ни лишений, ни страданий.

Сестре Галине уже было три года, а братику Владимиру только полтора года.

Семья состояла из пяти человек. В это тяжелое время, когда дети были маленькими, родители развелись.

Мать осталась одна с тремя маленькими детьми на руках.

Причину, которая толкнула родителей на развод, я не знал, да и зачем мне, семилетнему это знать.

Я навсегда запомнил пасмурный день, когда уходил отец из нашей семьи.

Лицо мамы было в слезах. Она до последней минуты старалась его удержать, но он всё равно ушел.

Лицо отца слегка рябоватое, пустое и пасмурное, как тот день, в последний раз смотрело на детей и жену.

К нам он не подошел, не простился, не обнял и не поцеловал на прощание.

Мама просила меня подойти к отцу и уговорить его остаться, но я не сделал, ни шага.

Я был упрям и в тот момент ненавидел отца и понимал, что его ничем не удержать, он всё равно уйдет.

Я на отца глядел с ненавистью, как волчонок, словно боялся его.

Не попрощавшись, отец навсегда ушел к другой женщине.

Так в нашу жизнь вошла безотцовщина, и с тех пор мы отца больше никогда не видели.

В поселке для детей выстроили детские ясли и сад, которые размещались в одном небольшом деревянном доме. В эти ясли, а потом и в сад я ходил. Потом сестра и брат.

Однажды, как я помню, меня в саду поставили в угол и лишили обеда, только из – за того, что я ослушался Римму Ивановну, воспитательницу, женщину высокую и полную и не извинился за какой – то проступок, потому что с рождения был очень упрямым мальчиком.

Ничего более интересного о своем детском саде я не помню. Возможно, что – то и было.

Да, уж очень я не любил, когда мне мама натягивала на мои тонкие ножки девичьи чулки. Всегда со скандалом это происходило. Ни какой слабинки со стороны мамы я не чувствовал.

О какой слабинке могла идти речь, когда утром за светло уходила на работу, а вечером за темно приходила. Дома её ждали трое маленьких детей с раскрытыми голодными ртами, как беспомощные птенцы и постоянно хотели есть.

Она ко всему этому ухитрялась держать скотину: облюбовала коз, с десяток кур и одного поросенка, но корову держать была не в силах.

Хозяйство имелось небольшое, но хлопотное.