Во имя отца и сына

После совершенного предательства молодой казак еще долго не мог осознать, что он нашел, а что потерял. Времени на это просто не было. Только после всего случившегося ему ничего не оставалось, как успокаивать себя и неуклюже обелять свой прескверный поступок предательства обыденными блеклыми словами:

– Што нашел ты, Петро, не радуйся, а што потерял – больше об етом не жалей! – подбадривал он себя и, хорохорясь, добавлял: – А тама, как один слепой сказал, побачим. Назад у тибе усе равно пути теперича нетути.

После такого примитивного и убогого оправдания Петр Корнеевич с еще большим остервенением принялся махать своей острой шашкой налево и направо и сеять смерть без сожаления. Беспощадно и не раздумывая рубил он своих праведных и грешных бывших собратьев по христианской вере кубанских казаков только потому, что они теперь стали называться белыми, а для него с некоторых пор, естественно, заклятыми врагами.

В Первую мировую войну до ухода на западный фронт Петру Корнеевичу даже в голову не могло прийти такое, что он может изменить своему Российскому царю-самодержцу и предать свое отечество.

Если бы в то время у кого-нибудь из казаков-сослуживцев повернулся язык высказать свое предположение об этом, он непременно избил бы его самым жестоким образом до неузнаваемости.

С апреля 1918 года Юго-Восточная революционная армия стала называться Войсками Кубанской Советской республики, а после образования Кубано-Черноморской Советской Республики они были переименованы в войска Кубано-Черноморской республики.

В это время главнокомандующий войсками Кубано-Черноморской республики Алексей Иванович Автономов начал вести ожесточенную борьбу с гражданской властью Кубано-Черноморской республики, в которой, как он считал, наблюдалось чрезмерное засилие евреев. В этой грязной компании Автономова поддерживали войсковые командиры, в том числе кубанский казак, командующий на Ростовском участке фронта, ярый антисемит, уроженец станицы Петропавловской Иван Лукич Сорокин.

Уже в мае 1918 года между командующим войсками Кубано-Черноморской республики Алексеем Ивановичем Автономовым, который не желал подчиняться контролю Чрезвычайного штаба обороны и ЦИК Кубано-Черноморской республики, произошел серьезный конфликт.

В связи с таким нездоровым положением во взаимоотношениях началась откровенная грызня между враждебно настроенными сторонами.