Во имя отца и сына

Со временем этот заботливый батюшка, понятным образом, выправил своему отпрыску такую бумагу, что его сынок к строевой службе оказался совсем негодный. Вот так Степан Андреевич, благодаря своему покойному отцу, сумел отбояриться от службы.

Приглашенные станичные казаки, сидя за праздничным столом, до безобразия хорохорились друг перед другом. И рады были тому, что подвернулся подходящий случай, чтобы выпить за своих односельчан, достойных героев, которые после головокружительной победы над турецкими басурманами вернулись домой целыми, а некоторые даже абсолютно невредимыми.

На этот раз хлебосольные станичные казачки, которые прислуживали так расщедрились, как они умели и привыкли делать своё дело. С присущей им сноровкой, они из кожи лезли и, с большим казачьим размахом, старались угодить каждому долгожданному гостёчку.

Казаки-победители то и дело поднимали свои стаканы с водкой и предлагали выпить за всех своих гостеприимных станичников. То есть те и другие отвечали друг другу взаимностью.

Одни пили монопольную казённую водочку, а другие больше предпочитали привычную и добротную домашнюю самогоночку.

Слабоватых казаков выпивка быстро разморила и, в конец, развезла до неузнаваемости. Другие казаки более стойкие достойно держались на своих ногах, и казалось, что у таких даже проблесков от выпитого спиртного не было замечено ни в одном глазу.

На все лады изощрялась то визгливая, то басовитая гармошка. В захлеб заливались в руках искусных дударей игривые и разноголосые дудочки, которых поддерживали старательные балалаечники.

Заядлые плясуны-жизнелюбы взвились и лихо пошли по кругу, выделывая друг пред другом замысловатые коленца. Они отличались тем, что своею удалью заражали взгрустнувших за столами. Все казаки, сидевшие за столами в полном здравии, напротив, подзадоривали плясунов своим лихим свистом, гиканьем и горячими аплодисментами. Женщины визжали от восторга, а некоторые из них, подхватились с места, и, боясь не отстать от мужчин и не уступить им, кинулись тоже в пляс.

Во время всеобщего застолья на станичной площади присутствовал один из приглашенных – Сазонов Артем Силантьевич, заслуженный и всеми в станице уважаемый казак преклонных лет. Этот старый казак, по случаю такого праздника, принарядился так, как и положено. На груди у него, не без гордости, красовались два георгиевских креста.