Гниловатые времена. Очерки эпохи лихолетья

Он, со своим изворотливым еврейским умом, был большой дока в таких делах.

Но Шефа ушли. На фирме хозяйничали тульские выкормыши. Все вопросы по жилью в Климовске они передали на КЭБ, а там меня по старой памяти «любили» жгучей любовью и приемлемых вариантов у них, скорее всего, не имелось, будь я хоть семи пядей во лбу и трижды вывернись из своей шкуры и выпрыгни из собственных штанов. Мафия КЭБовских ветеранов, однако. Свои детишки подрастали, и им надобно было расширяться квартирно. Нет, возможно, какую-то «кость» с барского стола они бы мне и бросили, но ведь всегда хочется большего.

Проанализировав «ситуёвину» – пришел к выводу, что даже при таком раскладе некий гипотетический шанс у меня все же есть. Если я ухожу из КБТочмаш, то решение моего квартирного вопроса переходит от жилищной комиссии моего любимого КЭБа, в компетенцию климовского Горисполкома. Тогда решающим обстоятельством становилось ходатайство с нового место работы и статус этой организации.

Все сходилось к одному, и в случае с перспективой работы по автоматизации Горкома КПСС, сходилось удачно – надо уходить. Ставить на такой вариант, возможно, представлялось рискованным, но я решил, что надо. Потом – риск, это дело благородное!

Отдел 21 – террариум единомышленников

Главный парадокс:

Оптимист верит,

что мы живем в лучшем из миров.

Пессимист боится, что так оно и есть

    Закон Мэрфи

С первого октября 1988 года я начал трудиться на новом месте.

Вообще, работать в районе Старой Площади для меня тогда представлялось удобным. Электричкой едешь от станции «Весенняя» до «Текстильщиков» где-то час, а там прямая ветка метро. При хорошем «раскладе» на дорогу в оба конца уходило не более трех часов в день.

Оформляться же на новую работу пришлось ехать к «черту на рога». Сама контора, ЦНИИ Электроника, уродливое, типовое бетонное здание стояла совсем рядом от метро «Проспект Вернадского», где и находилось руководство моей новой организации.

Довольно быстро пройдя необходимые формальности, я отпросился на недельку отдохнуть. На дворе стояло начало октября, тепло и очень солнечно. Настоящая золотая осень, бабье лето. Кто знает – думал я – может это добрый знак.

Мой брат недавно женился, и я поехал к нему в гости, в Рязань.