Пути Господни

– Почему только его? А жена не заслужила?

– Она любила Лота, поступала, как он, а, значит, тоже заслужила.

– А тогда за что же убивать его жену?

– Он не убил ее, а превратил в столб.

– Хрен редьки не слаще. Ну теперь стоит себе столбом тыщщи лет. Зачем причинять горе человеку, который чтит тебя и слушается? Чем Лот-то прогневил Бога?

– Его жена не послушалась Бога и оглянулась.

– Так это же ни в какие ворота не лезет. Это чистый деспотизм. Я не пойму: почему жене нельзя было посмотреть, как Бог наказывает грешников? Он что, стеснялся этого, потому что перегибал палку? Или же это просто каприз всесильного: я сказал, а ты не сделала.

Скажи, папа.

Мартын замолкал, не находя ответа, а сын не приставал к нему до следующей двойки по Закону Божию.

А потом опять выяснение: «Папа, вот ты мне скажи: как это мертвые будут хоронить своих мертвых? Ведь они даже не шевелятся. Они же закопать мертвяков не смогут. И за что он мне двойку поставил? Ведь я просто спросил, а он вместо того, чтобы понятно рассказать, вон что вытворяет»

Мартын не был умнее преподавателя Закона Божьего, ответа не знал, поэтому просто вышел из комнаты с видом человека, у которого есть срочные дела.

Баварец

В мае 1935 года Артур Христианович Артузов был освобожден от должности начальника иностранного отдела главного управления госбезопасности НКВД и переселился в разведывательное управление штаба РККА[3 - РККА – рабоче-крестьянская Красная армия]. При этом он испросил разрешения забрать с собой нескольких сотрудников, наиболее полезных на новом участке работы.

В их число попал и Никита Колаев. Колаева срочно отозвали из Германии, и встреча с Артузовым произошла на окраине Москвы, в Кожевенном переулке, в небольшом четырехэтажном домике на конспиративной квартире.

Диван с фигурной спинкой и круглыми откидными валиками, круглый стол и пара венских стульев, закрытые плотными гардинами окна, этажерка с книгами и буфет с посудой, рюмками и бутылками – это то, что видели непосвященные.

Особо доверенные знали, что в кухне, за посудным шкафом, есть дверь, соединяющая 2 квартиры. Причем соседняя квартира имела выход не только через другой подъезд, но и через черный ход.

– Ну, здравствуй, Никита, – приветствовал шеф разведчика.

– Здравствуйте, товарищ корпусной комиссар. – вытянувшись, ответил Колаев.

– Да не тянись ты, Никита. Давай поговорим.

– Я готов, Артур Христианович.

– Я теперь служу в армии.