За право жить

– Лейтенант Акимов, товарищ лейтенант, повёл группу напрямки, по полю, значит, говорил, что так ближе до немецких окопов, а можно было иначе. Вчера с Цынгой, извините, с рядовым Цыцыковым передний край нашего полка непосредственно на местности обсмотрели и думаем, извините, товарищ лейтенант, не наше это дело, только кто же знал, что нам нового командира дадут.

– Сожалеете, Игорь Петрович? – улыбнулся Берзин. – Сами, небось, хотели командовать взводом.

– Вы извините, товарищ лейтенант, сожалел я не об этом, а о том, что «языка» не доставили, потому и на передовую пошёл, чтобы ещё раз внимательно осмотреть все подступы к немецким окопам, – уныло ответил сержант и решил прекратить разговор на эту тему.

Поняв, что обидел хорошего человека, душой болеющего за порученное дело, но к несчастью не выполненное, Берзин сковался в своих действиях, направленных на создание товарищеской обстановки во взводе и умолк, от смущения вспыхнув ярким румянцем.

Увидев замешательство командира, и поняв, что в словах его обидело сержанта, Цыцыков перевёл разговор на второстепенную тему.

– Товарищ лейтенант, вы сказали, что с Алтая. Значит, вы тоже охотник, – обратился он к Берзину.

– Не так, чтобы очень, но на лося ходил, – ответил Филимон.

– А белка, соболь и какой другой пушной зверь у вас водятся? – допытывался Цыцыков.

– Всё есть, Цынга Цынгович, только вот… – Берзин повернулся лицом к сержанту. – Вы уж прости меня, Игорь Петрович, за несдержанность, не хотел обидеть, по недомыслию.

– Да, я что, товарищ лейтенант, я и не думал… чего там… что мне обижаться.

– Вот и хорошо. Вы сказали, что были на передовой. Может быть, что-то новое разведали?

– Дело тут такое, товарищ лейтенант. Высмотрели мы с рядовым Цыцыковым участок, где у немцев разрыв в их обороне. Он как раз на участке третьей роты первого батальона. Там справа болотце есть и рощица, скрывающая его от немцев. Нам-то это хорошо видно, а они туда ни шагу, в болотце-то. Мы вчера весь день там вели разведку.

У местных я сегодня уже поспрашивал про болотце, сказали, что можно его пройти незаметно и прямо в тыл к немцам через заимку Спиридоновскую, старовер там сейчас в ней проживает, толи внук, толи ещё дальше как, того первого Спиридона, что заимку ту поставил. Вот и думаю, там надо идти и выходить там же надо, это как снова за «языком» пойдём.

– Третья рота первого батальона, – радостно проговорил Берзин. – Друг там у меня, младший лейтенант Трусов.