Гуляйполе

Кому сапоги? Своей девке небось? Из моего лучшего шевра?

Хозяин оглянулся по сторонам, схватил деревянную колодку, замахнулся.

Но Нестор выставил ему навстречу остро заточенный рантмессер.

– Не трожь, – тихо, но угрожающе сказал он. – Слова говори, а рукам волю не давай. Не то отхвачу по сами плечи!

Он ушел со двора с тем, с чем пришел. Без заработка, но со злым огнем в глазах. Он вступил во взрослый мир и понял, что это жестокий мир.

Глава четвертая

Весной Нестор вернулся в Гуляйполе и почти сразу же поступил на чугунно-литейный завод Кернера.

Управляющий во время утреннего доклада хозяину упомянул и парнишку, принятого в ваграночный цех, назвал фамилию.

– Я отца его знавал, – вспомнил Кернер. – Конюхом у меня служил. Специально для поездок в губернию его держал. Уж аккуратист был, коней любил, панские секреты умел держать, царствие ему небесное.

– От доброго дерева и доброе семя, Мойсей Наумович, – заметил управляющий.

– Но пьянствовал, – добавил хозяин.

– Так, может… того… гнать в шею?

– Зачем спешить? Возьмем на временную!

И Нестор стал осваиваться в литейном цеху. Цех был огромный и сумеречный: закопченные оконные стекла почти не пропускали дневной свет. К тому же здесь было нестерпимо горячо из-за пышущих жаром вагранок.

– Обвыкай! – кричали рабочие, скаля белые зубы.

Нестор подхватывал опоку с формовочной смесью, в которую только что залили металл. Это пуда три-четыре…

– Двигай шибчее, подавай ловчее! – покрикивал молодой литейщик Андрей Семенюта.

А на подходе уже была следующая опока…

– Бегом, малятко! Бегом!

Нестор раскрывал раму опоки. И рабочие-слесари слаженно и дружно подхватывали заготовку длинными мощными клещами.

Один из слесарей, оглядев тщедушную фигурку Нестора, посоветовал:

– Ты, пацанчик, кушак потуже затяни: пупок надорвешь!

– Мий кушак – мий пупок! – огрызнулся Нестор.

Сиплый гудок возвестил о перерыве.

После унылых цеховых сумерек на заводском дворе было празднично от яркого солнца.

Рабочие расположились на обед в тенечке, на лоскутке травы.

– Давай до компании! – позвал Нестора Андрей Семенюта.

– Не хочу, – отказался Махно. – Я уже поел.

Конечно же, Нестор хотел есть. И торба его была пуста. Но и уронить достоинство он не хотел.

– Иди, иди! Не стесняйся. Мне сьодни случайно на двоих положили.