Шесть дней из жизни дознавателя

Затем Габоронов зачитал сами показания, изложенные в указанном протоколе, суть которых начиналась со слов: «Десяткин А.Б. заявил, что показания давать желает, при этом желает добровольно на месте совершенного им преступления рассказать и показать обстоятельства его совершения, а именно о том, как…».

Так же окружающие услышали описание самого момента преступления: «После того, как Шавко В.А., оказался спиной ко мне, неся в очередной раз мешок, я, находясь около его машины, из-за отказа Шавко В.А. отогнать её, лишив, соответственно меня возможности проехать дальше, не сдержался и со злости ударил правой ногой по конверту левой задней двери автомобиля „ВАЗ-21099“, государственный регистрационный знак У539АМ100, принадлежащего Шавко В.

И заканчивался указанный протокол таким словами, как: «В связи с чем показания данные Десяткиным А.Б., изложенные в протоколе его дополнительного допроса от 20.08.2010 г., полностью совпали с установленными обстоятельствами совершенного преступления. По окончанию следственного действия все участники вернулись в служебный кабинет № 10 ОД ОВД по Кирпиченскому району, где был составлен настоящий протокол».

– Всем всё понятно? – обратился к понятым и подозреваемому дознаватель.

– Да, – ответили участвующие в процессуальных действиях лица.

– Единственный момент, товарищи. Мы сейчас распечатаем протокол, поедем на место, быстро фотографируемся, набегом, чтоб соседи опомниться не успели, подписываем протокол на месте, но помните, что мы, якобы, вернулись в кабинет, составили его и только потом расписались, хорошо? Иначе его надо составлять на месте и от руки.

– Конечно, – никто не был против сэкономить своё время.

– Отлично. И ещё одно. Сейчас здесь, рядом с нами находится адвокат, защитник подозреваемого Десяткина – Тимофеев Михаил Олегович, вот он, – дознаватель указал на пустое место около своего стола.

Первые секунды у всех было недоумение в глазах от неожиданности поворота, с воображаемыми адвокатами пока ещё никто не встречался.

– По закону с нами должен быть адвокат. Но он отправился, с позволения Алексея Борисовича, по другому делу, – Габоронов придавал значительности Десяткину перед понятыми, – Но если кто-нибудь когда-нибудь спросит, сколько людей принимало в этом участие, мы говорим, как есть: Дознаватель, подозреваемый с адвокатом и два понятых. Договорились?

– Да, конечно, – все согласились принять участие в данной афере.