Подарок сиддха

Когда мы, наконец, достигли дна подземелья, я увидел перед собой тоннель, вдали которого брезжил белый, почти дневной свет.

Я уже немного научился не задавать преждевременных вопросов и молча следовал рядом с Рачаной к источнику света.

Тоннель привел нас в достаточно большой зал, имевший форму пирамиды. Его стены, выложенные из полупрозрачных, похожих на соляные, плит, излучали тот самый белый свет, источник которого был мне совершенно непонятен. По ту сторону, или внутри минерала не было никаких лампочек, или светильников – казалось, что плиты светятся сами по себе.

Содержимое зала напоминало нечто среднее между научной лабораторией и обителью колдуньи: на многочисленных стеллажах покоились стеклянные емкости с разнообразным жидким содержимым, глиняные горшки, имевшие форму летающей тарелки, фарфоровые кувшины, и короба из древесной коры.

Здесь же были вполне современные колбы, змеевики для перегонки жидкостей, какие-то сложные устройства, выполненные из меди, дерева и кристаллов, о назначении которых можно было только догадываться.

Больше всего меня поразили огромные чаши, сделанные из прозрачного минерала изумрудного цвета.

– Вот здесь все и будет происходить, – сказала Рачана и хлопнула несколько раз в ладоши.

Через несколько секунд, в стене распахнулась дверь, и то, что я увидел, повергло меня в изумление: в помещение стали заходить почти обнаженные девушки – их наготу прикрывали лишь узкие набедренные повязки. Но больше всего меня поразила даже не эта откровенная нагота, не сочетающаяся со святой обителью, а то, что кожа девушек была совершенно прозрачной.

Я в полном оцепенении рассматривал их, не веря своим глазам.

– Это паардаршаки, – сказала Рачана.

Девушки сложили ладони в намасте, приветствуя нас. Рачана ответила им тем же, а затем уже я, немного очухавшись, выдавил из себя: «Намаскар».

– Они проведут процесс трансформации вашего тела, – сказала Рачана. – Я отдаю вас в их руки. Не бойтесь, расслабьтесь и доверьтесь им.

– Вы уже собираетесь уходить? – взволнованно воскликнул я.

– Если хотите, я поприсутствую в начале процесса.

– Да, останьтесь, пожалуйста, мне как-то не по себе, – сказал я тихо.

– Можете говорить в полный голос, они не понимают английского, так что вы их не обидите. И не стоит так волноваться.