Подарок сиддха

То, что нужно десять дней соблюдать молчание – не так страшно, но вот сидеть с утра до вечера в медитации – это просто копец! У меня начало болеть все, что только можно. Я до этого никогда больше сорока пяти минут не сидел в позе лотоса. А тут – целый день с небольшими перерывами на еду и туалет. Там еще периодически включают запись наставлений Гоенки – это тот, кто распространил движение випассаны по всему миру – так на третий день его голос достал меня до смерти. Короче, не готов я к таким экспериментам.

– Не думала, что это настолько тяжело.

– Это для моего разнузданного ума тяжелым оказалось. Все люди разные. Там куча девчонок была, так они смирно сидели без проблем и лица у них такие счастливые, просто позавидуешь. Так что ты обязательно попробуй.

– Попробую.

– А где ты собираешься практиковать йогу?

– В ашраме Шивананды.

– Знаю такой. А рэйки?

– Я адрес не помню, он у меня в блокнотике записан.

– Хорошо. Ну что, не пора ли нам как следует отдохнуть?

– Пора, – согласилась Майя.

Закончив трапезу и расчитавшись, мы покинули приятное заведение и вышли на улицу.

Снова окружила нас зажатая между магазинчиков и торговых лавочек узкая река, текущая одновременно в обоих направлениях – река, состоящая из облаченных в традиционную индийскую одежду мужчин и женщин, любознательных детей, колоритных, увешанных малами из рудракши, или туласи садху, смиренных коров и постоянно сигналящих мотоциклистов.

Вскоре мы достигли стен ашрама Parmarth Niketan, возле которого на земле сидели бездомные искатели духовных истин, ожидающие пожертвований от прохожих.

Я хорошо помнил этот контингент, потому что постоянно давал им денюжку, и обнаружил, что появилось много новых лиц, а бессменных завсегдатаев осталось лишь трое.

Меня они вряд ли помнили, но я, по старой памяти, пожертвовал по десять рупий именно им, а новичков оставил на потом.

– Здесь так классно! – воскликнула Майя, разглядывая набережную Ганги, где каждый вечер проводились церемонии поклонения священной реке.

– Мне здесь очень нравится. Когда я жил в Ришикеше, то каждый вечер ходил сюда на Ганга арати – просто великолепное зрелище.

– А во сколько оно начинается?

– В шесть вечера. Отдохнем и можно будет прямо сегодня сходить.

– Да, Андрей, давай.

Свернув в проулок и обойдя лежащих на бетоне умиротворенных бычков и медитирующих собак, мы достигли здания гостиницы.