Анжелика Балабанова pro & contra известных личностей

И принял он важное решение: образовать постоянно действующий исполнительно-информационный орган – Международное социалистическое бюро. Так и получилось, что вся организационно-техническая работа, включая обширную переписку, пала на трёх женщин. Газета «Искра» и петербургский «Союз борьбы» – это, понятно, Надежда Крупская; «Освобождение труда» – Вера Засулич, а новый орган и документация Второго Интернационала – Анжелика Балабанова.

Старшая была Вера Ивановна. Она единственная называла Плеханова по-свойски – Жоржем.

Смеялась:

– Я уже «в людях» жила, а Жоржа ещё на свете не было! Не зря мой партийный псевдоним «Тётка»!

Ульянова она приняла с отменным участием и сердечной теплотой, обняла, как младшего брата. Но послушав их спор с Плехановым, сказала честно, глядя в хитрющие карие глаза:

– Жорж – борзая: потреплет, потреплет и бросит, а вы – бульдог: у вас мёртвая хватка.

«Старику» Владимиру это сравнение очень понравилось. Жене Надежде он скажет:

– Вот ты увидишь Веру Ивановну, убедишься, что это кристально чистый человек!

Надежда пригласила на чай обеих – Веру и Анжелику.

Они в тот вечер подружились. Крупская сразу увидела, как её незамужние гостьи тоскуют по женскому счастью, по семье. Три бездетные женщины – что ни скажи, отзовётся тройное эхо вечной боли. А что хозяйка замужем, так это разве счастье? Каждую минуту чувствовать, что женат он, ненаглядный, не на тебе, а на революции – что ж тут хорошего?

Но – прочь, долой все грустные мысли! Есть работа, есть хороший чай с десертом, есть подруги с душевным разговором.

– Мне как безотцовщине путь был один – в гувернантки, – солировала за столом откровенная Вера Засулич. – Но тут попал в руки нечаевский «Катехизис революционера», и я сказала себе: никогда! Лучше стать террористкой, чем учить сынков богатеньких заводчиков да фабрикантов. Вы в курсе, как в этой памятке делятся женщины?..

Народнический терроризм Нечаева был ещё в моде. Надежда и Анжелика с удовольствием слушали «Тётку».

– До сих пор помню двадцать первый параграф «Катехизиса», – продолжала Засулич. – Женщины делятся сообразно с полезностью их для революционного дела на три разряда. Первый – «бессмысленные, пустые и бездушные». Второй разряд – «горячие, преданные и способные, но ещё не дошедшие до настоящего революционного понимания». Третий – «вполне посвященные и принявшие всецело революционную программу».

– Вот вы смеётесь, – улыбалась Вера Ивановна вместе с подругами.