Однажды ночью в августе

Манолиса это решение вполне устраивало, он не испытывал по этому поводу никакой горечи и, невзирая ни на что, любил жизнь такой, какая она есть.

«Если бы богам было угодно, все сложилось бы совсем иначе», – философски заметил он однажды своему другу Антонису, которому такое отношение Манолиса к своей участи было непонятным.

Манолис сам решил провести эти десять лет, путешествуя, распутничая и наслаждаясь каждым днем своей жизни. Он не жалел ни об одной прожитой секунде. Однако ему было искренне жаль всех, кто, в отличие от него, никогда не жил в Париже, Риме или Барселоне.

Единственным имуществом, которое Манолис привез с собой обратно на Крит, была его лира. Он с детства ею дорожил. Во время скитаний она служила ему и утехой, и спасательным кругом. Манолису нередко приходилось петь и играть, чтобы заработать себе на еду. Во многих городах Франции и Австрии никто никогда не слышал столь чистого голоса и певучих звуков инструмента, так похожего и в то же время непохожего на скрипку.

И хотя в карманах у него не звенело ни единой драхмы, Манолис привез из своих странствий одно человеческое качество, которого так не хватало остальным членам семьи Вандулакис, а именно – способность завязать разговор с кем угодно, независимо от возраста, достатка или образования. Людям нравился Манолис. К нему тянулись даже животные. Поговаривали, что стоило Манолису только свистнуть, как дикие козы окружали его плотным кольцом, а бродячие собаки увязывались следом за ним.

Мать Манолиса умерла при родах, а отец последовал за ней пять лет спустя. После его смерти опекуном мальчика стал дядя Александрос. Вместе со своей женой Элефтерией он воспитал племянника как собственного сына. А когда Манолис вернулся на Крит и выразил желание работать в поместье, Александрос решил испытать серьезность его намерений. Он считал, что одна только фамилия не делает Манолиса хозяином положения, поэтому устроил племяннику те же испытания, что и любому новому работнику.

Ему показали участок необработанной земли, которой в обширном поместье оставалось еще очень много, и велели сделать с ней все, что Манолис посчитает нужным. Молодой человек целыми днями работал без устали, демонстрируя всем свою силу и выносливость. Он привел выделенную ему землю в порядок, однако не это поразило его дядю больше всего.