Фарьябский дневник

В его понимании граница – это рубеж справедливости и беззакония, человеческой культуры и варварства, это и рубеж времени. Эти философские посылки заставляют читателя по-новому осмыслить ранее известное и, не ожидая, когда писатель поставит вопрос, а что же за рубежом, который пересекают пограничники, задуматься, что ждет пограничников на чужой земле.

Из книги явствует, что надежды пограничников не оправдались. Пришло разочарование. Вместо дружественной встречи с афганцами воины встретили заранее подготовленные опорные пункты, и если бы не поддержка вертолетов, то трудно предвидеть, как эта ситуация обернулась для них.

Автору удалось передать чувства необстрелянных солдат и офицеров, их волнение, трудности врастания в обстановку, а главное, понимания, что они вступили в зону войны. Это подтвердили следы прошедших боев, разбитые машины вдоль дорог, погибшие афганцы, которых хоронили неулыбчивые, со злыми глазами местные жители.

Когда же вступили в зону правительственных войск Афганистана, поняли, что предстоит нелегкий ратный труд, потребуются не только мужество и смелость, но умение вести бой в незнакомой местности с коварным и хорошо подготовленным противником.

Это вскоре подтвердилось. И хотя пограничники вначале выполняли лишь ограниченные задачи по охране аэродрома и других объектов, они постоянно находились под обстрелом, подвергаясь нападению душманов, и одновременно адаптировались к боевым действиям. Это сплачивало воинов, еще больше приблизило их к офицерам.

Интерес представляют авторские оценки событий, происходящих в провинциях Афганистана, отношения местного населения к проводимым афганским правительством реформам. Описываются конфликты местного населения с правительственными войсками.

Значительное место в книге занимает материал, освещающий ход боевых действий, из содержания которого можно сделать вывод о том, что пограничники в короткие сроки освоились с обстановкой, изучили тактику душманов, умело вели себя в бою. Книга раскрывает и духовный мир воинов, представляет их переживания и мысли, из которых видно, что к выполнению интернационального долга они относились, как к святому делу.