Девятый круг. Одиссея диссидента в психиатрическом ГУЛАГе

Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

notes

Сноски

1

«Персональными пенсионерами» назначались партийные и государственные функционеры, их пенсия была значительно выше обычной.

2

«Добрая» Татьяна, правда, несколько следующих лет занималась писанием анонимок по инстанциям с требованием выселить моих родителей из квартиры, коли сын их – антисоветчик и в тюрьме. Впрочем, делала она это не столько из политических соображений, сколько из наивно-корыстного расчета, что из своей однокомнатной квартиры переедет в двухкомнатную нашу.

3

Куйбышев вряд ли ошибался в оценке своих перспектив: через три года были расстреляны его жена и брат.

4

Впрочем, Видогощи остались записанными в русской литературе. Действие романа Саши Соколова «Между собакой и волком» происходит в Заволчье (Заволжье), между Городнищем (Городней) и Быдогощей.

5

Тогда город Горький.

6

В детстве я обожал листать эту книгу, рассматривая картинки. Многих из изображенных там продуктов ни я, ни мои родители в жизни не видели – анчоусы, авокадо, артишоки, спаржа… В более поздние времена такие книги начинались уже цитатой из Брежнева – что не делало ингредиенты более доступными. В одной из них запомнилась фраза: «Летом, когда в продаже появляются помидоры…».

7

Указ оставался секретным вплоть до самой перестройки, когда он был отменен Горбачевым.

8

Горький М. «Мать».

9

Подобная схема распространения запрещенной литературы действовала в разных точках страны. В Черновцах Иосиф Зисельс организовал еще более масштабное издательское предприятие самиздата.

10

…While you typed, you smoked

furiously, trying to stay awake, trying not

to make too many errors. When you finished,

you delivered your copies to someone who took

the different chapters, that had been prepared

by your fellow conspirators, and assembled them

into five complete copies of the contraband book,

and passed these on to still others.

In this way

translations of Karl Popper and Mikhail Bulgakov

and Solzhenitsyn and Pasternak and Akhmatova.

were given to persons who wished to read them,

persons you might never meet and never know.