Гардемарины

Казалось, древние башни и стены Кремля, видевшие стрелецкие восстания, всех царей и даже Наполеона, удивляются необычности происходящего.

– И-и-и – раз! – прокричали вторая и третья шеренги, поравнявшись с линейными, и курсанты дружно замаршировали мимо Мавзолея, повернув голову направо и четко фиксируя каждый взмах рукой на одном уровне. Где-то на Мавзолее Алексей увидел генерала, который придирчиво рассматривал наши молодые и разгоряченные лица. Мавзолей уплыл медленно куда-то назад.

Конечно, лица курсантов он не видел, но видел и фиксировал равнение в шеренгах, равнение бескозырок, равнение по диагоналям, равнение взмахивающих рук.

Мавзолей пролетел незаметно и остался позади.

– И-и-и – раз! – раздалась команда второй и третьей шеренг, отменяющая равнение направо, и курсанты замаршировали дальше к храму Василия Блаженного или, как он назывался официально – Храм покрова Пресвятой Богородицы, построенного в честь взятия Казани войсками Ивана Грозного.

Начальник училища и его заместители выбежали из строя вправо и легкой рысцой припустили к Мавзолею, видимо, получать очередной нагоняй от генерал-полковника.

Карабин у плеча Алексея привычно давил слегка вниз. Правая рука сама находила его цевье, делая отмашки.

«А как хорошо и тепло в постели, а мы тут маршируем!» – мелькнула предательская мысль и куда-то сама исчезла.

– Правое плечо вперед! – скомандовал наш начальник факультета и, как бы придерживая нас обеими руками, слегка отведя их в стороны, стал заводить батальон на положенное нам место.

Где-то сзади разворачивался так же второй батальон первого факультета.

– К ноге! – звонко щелкнули приклады карабинов о московскую брусчатку, – клац!

Сразу стало легче. Алексей выдохнул.

– Вольно! – правая нога автоматически расслабилась, и мы все выдохнули набранный еще перед прохождением воздух.

Два батальона, стоявшие в три часа ночи у Храма Василия Блаженного, ждали резолюции генерал-полковника.

Наконец он показался в районе Мавзолея и направился к морскому полку.

Издалека было видно, как он на ходу о чем-то советуется со своим окружением, курсантскими начальниками, резко размахивая руками. Видимо, он уже принял решение. За ним бежала свита, не попадая в его длинные шаги. Среди серых шинелей черными пятнами выделялись морские начальники.

– Завалили опять! – тихо вздохнул сосед Алексея. Более четырехсот глаз с волнением всматривались в приближающиеся командование. Прожектора ярко освещали всю Красную площадь.