А. В. Жвалевский. Сборник

В лицо Морозов их различать так и не научился, но ему показалось, что эта парочка пришла в прошлый сочельник первой.

Помахав Сергею Ивановичу лапкой, они бодро ринулись к записочкам. Споро стали таскать их туда-сюда, раскладывая на две пачки. Неизвестно откуда набежали новые (то есть старые) птёрки и охли, устроили такую кутерьму, что Сергей Иванович уже не мог понять, что, как и – главное – зачем происходит.

– А что это вы устроили? – спросил он, но вместо ответа одна бодрая охля забралась к нему на ладонь и приказала:

– Вспоминай!

– Что вспоминать?

– Что ты кому обещал в этом году, конечно!

– Вслух?

– Необязательно.

Сергей Иванович прикрыл глаза и начал припоминать.

Кажется, в этом году он успел пообещать подарок только деловитому Павлику.

Ах да, и ещё его няне!

– Всё вспомнил? – раздался голос охли.

– Всё.

– Уверен?

– Мм… Почти.

– Ясно. Давай-ка я по твоей голове побегаю.

Сергей Иванович решил не удивляться такому способу освежения памяти.

Он, не открывая глаз, подсадил охлю себе на макушку и сидел, прислушиваясь к ощущениям.

Было немного щекотно и немного весело. Охля побегала туда-сюда и подала голос:

– Всё, снимай.

– Ну как, – спросил Сергей Иванович, – ничего я не забыл?

– А я почём знаю?

– А бегала по голове зачем?

– А волосы у тебя приятные. Густые, мягкие. Чистый шёлк.

Тут-то Морозов открыл глаза, но продолжить беседу не успел – обнаружил, что на столе перед ним творится что-то неладное. Два птёрка, пыхтя и упираясь, тянули одну бумажку каждый в свою сторону.

Остальные столпились вокруг и с неподдельным интересом наблюдали, чем дело кончится.

– Что не поделили, уважаемые? – поинтересовался Сергей Иванович.

Птёрки ответили одновременно.

– Так оно ж небывалое, а он тянет! – сказал один.

– А куда он тянет, если оно бывалое! – сказал другой.

Тут зрители живо вступили в спор, суть которого Сергей Иванович уловил не сразу.

Оказалось, птёрки и охли не просто таскали бумажки туда-сюда, а сортировали по исполняемости.

Одна кучка, большая, содержала желания, которые выполнить можно («бывалые»), вторая, маленькая, – «небывалые», то есть неисполнимые в принципе желания.

– А если они небывалые, – удивился Сергей Иванович, – то зачем вы их откладываете?

– Они небывалые, пока ты ими не займёшься, ты ж волшебник, – просто объяснила маленькая охля.

Между тем один из птёрков, тянувших спорную бумажку, зазевался и его соперник шустро поволок желание в большую кучу.