Пески безвременья: История любви Клеопатры VII

Изюминкой, однако, был танец солнцестояния, красивая церемония, выполняемая только фараоном и ее избранным партнером.

Когда солнце начало свой закат, окрашивая небо в оттенки малинового и оранжевого, Клеопатра взяла Цезаря за руку и повела его на площадь танцев. Барабаны начинали ритмичный бой, ноты флейты переплетались с пульсирующим ритмом.

Клеопатра двигалась с грацией, ее тело покачивалось в такт музыке, ее рука все еще сжималась в руке Цезаря. Она провела его по ступеням, их тела отражали друг друга, танец, такой же древний, как сам Египет.

В ту ночь, когда Клеопатра писала шестнадцатую главу их рассказа – «Танец солнцестояния», она почувствовала, как тепло разлилось по ней. Танцуя с Цезарем под заходящим солнцем, она чувствовала необъяснимую связь, чувство единства, которое простиралось за пределы их переплетенных рук и синхронных шагов. Как будто в течение этих нескольких мгновений они танцевали не только друг с другом, но и в ритме самой вселенной.

Запечатав свиток, ее разум воспроизвел танец, их тела двигались в ритме под заходящим солнцем. Их история любви мало чем отличалась от их танца, прекрасного сочетания ведущего и следующего, страсти и понимания, каждый двигался в своем собственном ритме, но в гармонии с другим. Танец солнцестояния стал символом их растущей любви, ритмом, который они только начинали понимать.

Глава 17: «Шепот восстания»

Солнце зашло над шумным городом Александрией, сменив дневную яркость на более спокойную, тихую безмятежность.

До Клеопатры дошли известия о некоторых инакомыслящих среди знатных классов. Ее связь с Цезарем, хотя и была стратегической и полезной для процветания Египта, вызывала волнения среди тех, кто видел в этом вторжение римских войск в их культуру.

Ее сердце тяжело сжималось, когда она приближалась к Цезарю в его покоях. Он смотрел на карту своей огромной империи, стратегическая головоломка, вероятно, занимала его блестящий ум.

– Цезарь, – начала она, и ее голос эхом разнесся по огромной комнате, – у нас затруднительное положение.

Подняв глаза, острый взгляд Цезаря встретился с ее взглядом. Он мог видеть тень беспокойства в ее обычно светлых глазах, хмурый взгляд, омрачающий ее спокойное выражение.

– Говори, Клеопатра.

– Народ Египта, – осторожно начала она, – обеспокоен нашим союзом.