Жертва особого назначения

Безошибочно выбрал нужный ряд, разрезал нить, которой был зашит мешок, и выдернул ее. Порывшись в просе, достал большой пакет из толстого полиэтилена, распорол его ножом.

– Русский автомат. Такой же, как у русских, – отрекомендовал товар торговец.

Американец взвесил автомат в руках. В США его называли «черный калашников» – серия сто, она и в самом деле вся черная, деревянные детали заменены пластиком, приклад складывается на всех автоматах, при этом он не менее удобен, чем стандартный. Этерли наскоро разобрал автомат, собрал, передернул затвор, щелкнул.

Все работало.

– Магазины?

– Четыре в комплекте. Остальное купишь на рынке.

– Патроны?

Торговец с улыбкой покачал головой.

– Чего нет, того нет, эфенди. Зайди на рынок, там сколько надо купишь.

Вероятно, он не врал. Мера предосторожности разумная – если продавать одновременно оружие и патроны, то не каждому захочется платить за товар. Да и разборки прямо под дверью тоже никому не нужны.

– Сколько?

– За один со всеми принадлежностями – пусть будет три, эфенди…

– Немало.

Три тысячи динаров за это? Он даже не русский, будто я не знаю клейм.

– Три тысячи долларов, – поправил торговец.

– Долларов?! – изумился Этерли. – Да ты шутишь.

Он знал цены. Когда они заходили, автомат стоил менее ста долларов. Дезертировавшие из армии Саддама солдаты часто просто меняли оружие на мешок дешевого пшена или риса. Потом цена подскочила до ста пятидесяти долларов, а когда Этерли работал здесь, она была уже триста-четыреста долларов за ствол.

Но три тысячи?

– Аллах свидетель, ты меня грабишь. Он не стоит и десятой части названной тобой цены.

– Это новое оружие, оно прослужит тебе долго, – сказал торговец. – Я знаю, что цена намного больше той, какая была, когда вы были здесь, американец. Но жизнь дорожает и смерть тоже…

– Пятьсот, – решительно заявил Этерли.

Самое сложное было купить подходящую снайперскую винтовку. Среди солдат удачи и боевиков «Аль-Каиды» большим успехом пользовалась винтовка «ПСЛ» (Дракула) – румынская, по виду похожая на «СВД», но на деле – клон автомата Калашникова.

Контрактники предпочитали ее, потому что ввоз «СВД» в Штаты был запрещен, и эта винтовка была самой дешевой снайперской среди винтовок комблока (если не считать откровенно устарелых винтовок «Мосин-Наган»), террористы использовали «ПСЛ», потому что она была доступна, неприхотлива, позволяла использовать патроны самого ужасающего качества, и их было много.