Русский сын короля Кальмана

Другой с досадой махнул рукой.

– Мой конь тоже долго не протянет.

– Как же нам быть?

– Я, пожалуй, останусь здесь и попытаюсь сесть на корабль, плывущий в наши края.

Шут печально вздохнул:

– Вряд ли у бедного рыцаря есть в наличии достаточно монет, дабы удовлетворить алчность тех, кто может доставить его на родину.

– Помоги ему Боже! – пожелала Агнесса и осенила себя знамением.

– Помоги Господи всем нам! – поправил ее Лупо.

Навстречу им шагал высокорослый рыцарь де Вилен. Учтиво поклонившись, он воскликнул зычным голосом:

– Я рад приветствовать благородную Агнессу де Тюренн!

– Скотный двор, – буркнул Лупо.

– Что? – не понял рыцарь.

– Ревешь ты, де Вилен, как бык, глаза у тебя поросячьи, а ум – куриный.

Де Вилен поспешил уйти.

– Этого жеребца никакая хворь не берет, – с сожалением проворчал шут.

– Ой! – испугалась Агнесса. – Мы совсем забыли о рыцаре Конраде! Возле него, наверное, никого нет.

– Я пойду, посмотрю, что с ним, – сказал Лупо и заспешил к лазарету.

Агнесса хотела было последовать за шутом, но, сделав шаг, вспомнила его недавние слова и покраснела.

«Не пойду! Лупо и один справится, а я обращусь с молитвами к Господу и Пресвятой Деве».

Она свернула к своему шатру, находящемуся так же, как и шатры других дам, в самом защищенном от ветра месте. Углубившись в свои думы, девушка ничего вокруг себя не замечала, и только тогда, когда кто-то загородил собой узкий проход между двумя валунами, она пришла в себя.

– Мессир рыцарь желает мне что-то сказать? – спросила она внезапно осипшим голосом, чувствуя, как в душе зарождается мерзкий, тошнотворный страх – чувство, которого она никогда еще не испытывала.

Бруно молчал и по-прежнему не сводил с нее пронзительного взгляда.

«Пресвятая Дева! Чего он от меня хочет?»

А рыцарь из Эдессы терял разум, оттого что он оказался наедине в безлюдном месте с девушкой, ставшей его наваждением.

– Эй! Что тебе надо от моей кузины?

Это кричал де Винь, случайно оказавшийся в том месте, где Агнесса наткнулась на рыцаря из Эдессы. Окинув юношу уничижительным взглядом, Бруно процедил сквозь зубы:

– Ничего мне от нее не надо.

– А зачем ты встал у нее на пути? – кипятился де Винь.