Жемчужины детства

Школа стала нам домом, а мы – одной семьей, и близость, рожденная в этих бедственных обстоятельствах, пережила расстояние и время. В те дни мы не просто жили бок о бок, у нас были общие страхи и мечты, которым у многих не суждено было сбыться.

Когда летом 1945-го война закончилась, школу закрыли, и наши пути разошлись. Большинство отправились обратно в Чехословакию, но там мы узнали, что наши родители и семьи погибли во время Холокоста. Кто-то из детей остался в Британии, были и те, кто переехал в другие страны и даже на другие континенты.

А потом в 1984 году, в конце лета, мы встретились вчетвером: Сеппи, мой одноклассник, живущий теперь в Вашингтоне, находился проездом в Лондоне. За ужином родилась идея организовать большую встречу, за кофе назначили дату и разработали примерный план. Перед тем как разойтись, мы решили, что Гонза, Гарри и я – трое лондонцев – возьмем на себя его осуществление.

Больше года ушло на поиск бывших учеников нашей школы по различным каналам. Поскольку все они разъехались по свету, это было непросто, но в конце концов нам удалось найти более ста человек.

Реакция и отклик на наше предложение были очень бурными, и число желающих приехать на встречу увеличивалось с каждым днем. Становилось ясно, что почти все вспоминали наши общие школьные годы с большой ностальгией.

И вот наконец свершилось. Сведенные вместе отголосками детских лет, мы ехали на выходные в тот самый отель, где когда-то была наша школа. И как будто не было этих сорока лет.

Я сидела в автобусе, возвращалась мысленно к тем незабываемым школьным дням, и вдруг накатили другие воспоминания, пробившиеся сквозь память о том периоде радости, неопределенности и горя. Я вспомнила 1937 год, когда жизнь была еще чудесно беззаботной, а я – маленькой девочкой, которая жила самой обычной счастливой жизнью с сестрой и родителями в Чехословакии.

Тогда я поняла, что найду в себе силы открыть и перечитать дневники, которые вела во время войны, и письма родителей, пролежавшие сорок лет под замком. С помощью этих дневников и писем я смогу заново пережить прошлое. Мне вдруг захотелось рассказать свою историю, которая в какой-то степени является историей всех детей, вынужденных покинуть родной дом и нашедших приют, помощь и понимание здесь, в Британии.