Заговор королевы

 – Как вы думаете, пройдет ли он мимо нас?

– Я не знаю, – отвечал студент Сорбонны. – Постараемся приблизиться к нему по возможности. Кажется, достопочтенный Адриан готовится говорить. Он заслуживает, чтобы его освистали, беззубый бормотун! Но послушаем, что он скажет! Может быть, и позабавит нас! Как я вижу, наш шотландец в первых рядах и кричит так громко, что всех оглушит и надорвет свои легкие. Молчите! Эй, вы там, впереди! Не выпускайте его из виду, идальго, а то мы потеряем его в этой суматохе.

– Я сделаю получше, – возразил Каравайя, – буду следовать за ним, как тень! Будь спокоен, он не ускользнет от меня. Не поможешь ли ты мне приблизиться к нему?

– Мои локти к вашим услугам! – воскликнул студент Сорбонны. – Мы хорошо поработали! Благодаря твоим острым костям мы пробились легче, чем я ожидал! Ей-богу, мы пришли кстати! Взгляни на господ д’Эпернона и Жуайеза, главных любимцев короля, они слывут первыми красавцами и храбрецами двора, а между тем, со всеми своими совершенствами, не могут выдержать сравнения с нашим солнцем Севера.

– Вы согласны с этим! – воскликнул Огильви, к которому приблизились разговаривавшие. – Вы признаете превосходство моего соотечественника, и я считаю себя удовлетворенным. Оставим наши разногласия. Что вы на это скажете? Господин испанец, дадите ли вы мне руку в знак примирения? Я вспылил и не обдумал свои слова. Согласны ли вы потопить в вине нашу ссору? Я охотно осушу стакан в честь нашего несравненного Кричтона.

Огильви протянул руку, но Каравайя не решался пожать ее.

– Клянусь мощами святого Антуана, дуэль должна состояться.

– Да хранит тебя от этого святой Антуан, – одернул его студент Сорбонны. – Пей вино своего врага, и ты воздашь ему добром за зло. Лучше принять от него стакан вина, чем проливать его кровь в поединке. Тем более, – прошептал он, – если ты пожелаешь, легко будет найти новый предлог к ссоре. Забудь свою досаду, – продолжал он громко, – пожми руку, протянутую тебе храбрым шотландцем.

– Хорошо, – сказал Каравайя, убежденный, вероятно, рассуждениями студента Сорбонны, – я согласен. Мы будем пить за здоровье несравненного Кричтона, так как отныне этот эпитет составляет неотъемлемую принадлежность его имени.

– Ну, полно, – сказал Огильви, пожимая руку испанца, – не отходи от меня в толпе или приходи потом в «Сосновую Шишку».

– Будь уверен, я приду! – отвечал испанец.