Горькая Глава

А с другой стороны, новые времена пробивали себе дорогу сквозь косность: и сексуальное образование уже перестали считать за порнографию, и крещение да венчание стали не запрещенными, как раньше, а наоборот, модными обрядами, и принялись люди вспоминать полузабытые семейные традиции и предания… Потому свадьбы того времени (начала 90-х годов прошлого – о ужас! – века) представляли из себя прихотливо смешанный обряд на разломе двух эпох. Одно, впрочем, было неизменно: стол свадебный был главным героем события, по нему встречали – по нему и провожали…

С годами стали посещать меня мысли прямо-таки еретические относительно того, что же, собственно, мы празднуем, затевая свадьбу? А вы, читатель, не задавали себе такого вопроса, стоя под венцом ли, под хупой, или, на худой конец, просто в ЗАГСе? Сидя на почетном, но нервном месте свидетеля на торжестве друзей? Наконец, будучи просто гостем, жря и пья – не задавали? Не интересовались? А вы спросите, вот нарочно спросите: и себя, и ближних своих – и бездна откроется для любознательного, ибо сказано давно – во всяком знании много печали.

Итак, что же мы празднуем? Самый ходовой ответ – как, то есть, что?! Рождение новой семьи, единение двух сердец! Горько мне! – возопит автор в первый раз, оправдывая название главы. Тот факт, что двое молодых и влюбленных, ошалевших от счастливой возможности законно! легально! не прячась! ну, то есть не то чтобы у всех на глазах, а, скажем так, не скрываясь особо, "втыкать мясо в мясо", как гласит древняя арабская пословица, решили жить вместе – это, простите, еще не делает их потный и липкий союз семьей.

Может быть, скажете вы, празднуется осознанное решение созревших людей пуститься в совместное плавание по волнам жизни? Так сказать, смена статуса? Но верно ли это относительно тех молодых, о которых мы ведем речь (обратите внимание, их даже и называют именно так: молодые!)? Осознано ли их решение, продиктованное страстью? Что за ним стоит – опыт совместной жизни до брака? Отметается, это "аморалка".