Камера смертников

– Это другое дело, – новый знакомый вытер слезы смеха на глазах. – Сейчас важнее штык, чем перо! Надо решительно покончить с красной заразой, стереть из нашей истории «черный день» германской армии восьмого августа восемнадцатого года.

Так Бергер попал в ряды «теневого рейхсвера». После подавления революции он работал во Франции, в представительстве одной из крупных фирм, благо, прилично владел французским языком. Потом вернулся в фатерланд и с помощью знакомых устроился в одну достаточно популярную и солидную газету, начав писать статьи в поддержку все более набиравшего силу национал-социалистического движения.

Вскоре и сам вступил в НСДАП, а затем был принят в СС. Знание языков и политических течений привели его в РСХА.

В тридцать пятом он женился на Эмме фон Бютцов, кузине Конрада фон Бютцова, встречавшего его на аэродроме. Эмма, конечно, не очень красива, но мила, воспитана, хозяйственна и имела весьма приличное приданое, а связи ее родни помогли Бергеру продвинуться по службе.

В тридцать седьмом у них родился первенец, а в тридцать девятом – второй ребенок.

Сейчас Отто часто думал, что поздняя женитьба имеет свои положительные стороны: по крайней мере, его дети не успеют попасть на фронт этой войны. Эмма с детьми жила в небольшом имении в Баварии, поэтому не стоило опасаться налетов английской авиации, а там будет видно, что и как.

Сослуживцам он терпеливо объяснял, что хозяйство требует постоянного внимания, да и дети слабы здоровьем, поэтому им лучше жить вдали от шумного города.

Про бомбардировки Берлина, он, естественно, умалчивал, проклиная про себя борова Геринга, до войны торжественно заверявшего всех, что ни одна бомба не упадет на имперскую территорию.

А насчет красоты жены… Это ли главное в жизни? Обладая острым, холодным и изворотливым умом, приобретя опыт полицейской работы, Бергер стал еще более скрытным, осторожным и трезво рассчитывал все свои шаги, как на службе, так и в семейной жизни.

И пока еще не ошибался.

– Подъезжаем, – прервал затянувшееся молчание Бютцов.

Машина проскочила через дамбу на озере, мимо старого костела, на белых стенах которого причудливой вязью лежали тени голых деревьев, освещенных выглянувшим из-за туч солнцем, и въехала по мосту в ворота замка.

– Половину здания занимает госпиталь люфтваффе, – вылезая из автомобиля, пояснил Бютцов, – а в другой располагаюсь я и мои люди.

Бергер осмотрелся.