Дело чести

И не привыкать бы к хозяйскому гневу, чиновному племени, но в этот раз всё было много злее, ибо генерал губернатор изволил не просто кидаться тяжёлыми предметами, а взял в руки револьвер, подаренный ему торговцами на день тезоименитства и до сих пор лежавший в ящике стола с другими бесполезными подарками. Гурий Саныч, полуглухой письмоводитель из Земельного Отдела не успел узнать, или не понял ситуации и был увезён в больничку, с дыркой в плече. Хотя, старожилы Губернского дома авторитетно заявляли, что ещё легко отделался.

Дело тогда естественно замяли, семье выплатили отступных, а тот револьвер привели в негодность, на всякий случай спилив боёк, да вот не углядели, и новенький Полкан – 23 белоусовской мануфактуры, громыхал по коридорам резиденции губернатора, и никто не знал, когда у того кончатся патроны.

А всё потому, что его человек обнаружил в вентиляции кабинета микрофон, и потянув за провод вытащил диковинное устройство, которое местный преподаватель физики определил, как новейший магнитофон компании Сименс.

Губернатор подумал немного, вспомнил какие разговоры вёл в кабинете, и натуральным образом взорвался, потому как ясно, что с таким компроматом долго не живут.

Но старый слуга губернатора, и доверенный человек во всех делах, Иаким Сорокин, из крещённых евреев, давно уже не боялся ни чёрта, ни бога, и спокойно поднявшись на третий этаж, нашёл потерянно бродившего Никодима Петровича, отнял у него оружие, и проводил в кабинет, заодно дав команду, старшему распорядителю канцелярии, чтобы тот распустил людей по домам, да принёс кофе хозяину. Какая-ж работа в такой вот день.

Тем временем губернатор не отрываясь хлопнул три рюмки анисовой, одну за другой, и когда алкоголь наконец-то начал окутывать голову привычным дурманом посмотрел на помощника.

– Ну?

– Утёк, Никодим Петрович. – Сорокин развёл руками. – Кинулись к нему в номер, а тот – утёк. Нашли только прибор для записи звука, точно такой же как третьего дня здесь из стены вытащили, и микрофонов пяток. Стало быть, не с одного места подслушивал, ирод.

По документам – Гурий Семёнович Грушин, мастер по паровым машинам.