Великая война без ретуши. Записки корпусного врача

В районе лесов к северу от Пилькалена и Гумбинена[577 - Гумбиннен – город в Восточной Пруссии (Германия), ныне Гусев, административный центр Гусевского района Калиниградской области (Россия).] продолжаются бои. Физиономии командующего и фон Будберга нерадостные. И тот, и другой нервничают и делают нелепые приказания: сцена у меня с командующим насчет эксперимента с нафталином над вшами[578 - За столом о медицинских вопросах говорил не со мной, а с полковником!! (Примеч. автора)]. Объезжавший передовые части генерал для поручений Огородников[579 - Огородников Федор Евлампиевич (1867–1939) – генерал-майор (1911), с ноября 1914 по март 1915 гг.

Странный приказ главнокоман[дующего] от 10 января за № 423 касательно противохолерных мер. Бумага все вытерпит! Малому нас научили японцы! В приказах главноком[андующего] сначала предписывались для употребления из могучих противохолерных предупредительных мер (!) прибавка к горячей пище риса, теперь же еще и возможно обильная прибавка к чаю черничного и клюквенного экстракта (!).

Теперь только все внимание наших стратегов обращено на санитарный вопрос… Теперь только стараются они втемяшить в голову начальствующим лицам, что «сохранение здоровья нижн[их] чинов не менее важно, чем успех операции» (sic!).

19 января. – 10°R[580 - – 12,5 °C.]. Погода светлая и тихая. Утром приехала ко мне из Граева Риточка Селиванова, пробывшая до вечернего поезда.

Получая постоянно от своего строевого начальства по адресу подведомств[енных] мне врачей одни лишь кислые замечания и критику, сегодня я не без ехидства, но с искренним возмущением за столом заявил кому ведать надлежит, что г-да офицеры в поездах, на вокзале и в других местах со всеми встречными-поперечными весьма откровенно делятся секретными сведеньями о передвижении и расположении наших частей войск, наводя критику на действия тех или других начальств[ующих] лиц.

Телеграммами предписано всем частям войск озаботиться приобретением против вшей нафталина для засыпки по чайной ложек его каждому солдату за шею в рубашку и за пояс в штаны.

Представление к наградам нас – смертных обставлено такими трудностями в составлении наградных списков, что отбивает всякую даже охоту к получению этих наград.