Боярский сын. Книга вторая: Сотня специального назначения

Кто-то мог сказать – а при чем тут чувство вины? В чем боярин-то виноват? А в том и дело, что он теперь за все и за всех тут отвечал. Погибли люди, связанные с ним клятвой, значит, в том и его вина есть. Не доглядел, не доучил. Одно успокаивает – кару виновный понес соразмерную.

Никого не встретив во дворе замка, Николай направился, как и планировал, в банный комплекс. Только там обрел привычное чувство внутреннего равновесия. В котором мог общаться без раздражения и с Анфисой, и с майором Никитиным. Ага – именно в таком порядке.

Поспать ему сразу не дали; уже на выходе из бани пригласили на ранний завтрак. Тут, несомненно, скомандовала баронесса. Которой, в свою очередь, доложили о прибытии боярина домой. Одного. Этот вопрос Анфиса и задала первым – когда Николай с довольным видом откинулся на спинку стула. Баронесса на таких вот редких совместных завтраках теперь сидела рядом с парнем. Вот и теперь внимательно, с каким-то внутренним напряжением вглядывалась ему в лицо, ожидая ответа. Боярин ей врать не стал.

– Нашли, наказали, свое отняли, – скупо отчитался он, – парни все целы и здоровы. Дядька их в лесу оставил. Решил еще один день потренировать, в условиях, приближенных к боевым.

– Это как? – вскинулась женщина.

– Не в мягкой постели, – усмехнулся Николай, кивая на стол, на котором кроме горячего, парящего травами отвара больше ничего съедобного уже не было, – и не на харчах бабы Нюры. Да ты не беспокойся, к следующему утру все дома будут.

– Договорились, – кивнула баронесса с чуть обидчивой ноткой в голосе.

Мол, мог и не спрашивать, и так понятно. Николай же продолжил, чуть посомневавшись, стоит ли вовлекать Анфису в события еще глубже. Решил, что стоит; частично:

– А теперь главное. Напали на нас какие-то поляки.

– Поляки? – вскинула в удивлении взгляд Анфиса Никаноровна, – какие?!

– Вот и я думаю – какие? Что им нужно было – понятно.

– Терок? – хмыкнула баронесса, и тут же нахмурила чистый, без единой морщины лоб, – не припомню такого. Через государство польское обоз проходил – но там сами поляки даже близко к дружине не подходили. Издали только взглядами недобрыми одаряли. Но не только батюшку твоего, да нас с ним; всех русских так.