От Пекина до Берлина. 1927–1945

 Жуков, облеченный всей полнотой власти, как заместитель Верховного Главнокомандующего. Ставка непрерывно требовала от него ввода в бой трех армий.

В своих воспоминаниях Г. К. Жуков приводит такой телефонный разговор с Верховным, в ответ на его просьбу отсрочить контрудар на срок, необходимый для полного сосредоточения всех войск и средств их усиления. Товарищ Сталин говорил:

«– Думаете, что противник будет ждать, пока вы раскачаетесь?.. Еременко утверждает, что противник может взять Сталинград при первом же нажиме, если вы не ударите с севера».

Далее Г. К. Жуков пишет:

«Я ответил, что не разделяю эту точку зрения и прошу разрешения начать наступление 5?го, как было ранее намечено. Что касается авиации, то я сейчас же дам приказ бомбить противника всеми силами».

Я далек был в то время от такого рода переговоров с Верховным и от действий высоких штабов. Но я полностью подтверждаю правоту Г. К. Жукова. Противник был остановлен на внутреннем обводе, темп его наступления был медленный и нерешительный.

Но Ставка торопила.

3 сентября перешла в наступление 1?я гвардейская армия. Но наступление она начала без достаточной артиллерийской и авиационной подготовки и поддержки, не успев подтянуть к исходным позициям всех своих сил. Наступление захлебнулось в первые же минуты под ответным огневым и авиационным ударом противника.

На внутреннем обводе в это время противник вел перегруппировку сил и наступления на город еще не начинал. Не произошло у нас изменений и до 5 сентября.

5 сентября Г. К. Жуков, выполняя приказ Ставки, начал наступление тремя армиями – 1?й гвардейской, 24?й и 66?й.

Но опять же наступление было не подготовлено. Г. К. Жуков пишет, что плотность артиллерийского огня была незначительной, она не обеспечивала подавления огневых систем огня противника, ожидаемых результатов не дала.

Тяжелые бои к северу от города продолжались до 15 сентября. Войска вводились в бой прямо с пятидесятикилометрового марша. Но продвинуться или сбить противника с позиций и прорваться на юг, к городу не смогли.

12 сентября заместитель Верховного Главнокомандующего Г. К. Жуков и представитель Государственного комитета обороны Г. М. Маленков послали следующий документ в Ставку.

«Москва, тов. Сталину.