Куда кого посеяла жизнь. Том XI. Избранное

Просто насобирали два ведра таких же острых колючек, выбрали ночь, когда дед Гришка был не на дежурстве и решили испортить ему ночной отдых.

До этого, днем, племянник деда, зная, когда его жена обычно отдыхала, приделал к окну их спальни, сырую картофелину на веревке, а к той веревке привязал длинную суровую нитку, конец которой, вывел за забор их двора. Как раз сзади забора, был колхозный участок, засеянный коноплей. Конопля в колхозах тогда свободно высевалась и в тот год, и в то время, уже стояла в рост человека.

Выбрали безлунную ночь. Собаки были в бригаде, поэтому, ребятам не составило особого труда, рассыпать колючки по двору, начиная от крыльца и потом – по обе стороны дворовой дорожки, до обеих калиток – на огород и на улицу.

Где-то после полуночи, начали с помощью веревки, постукивать картофелиной по окну в спальне. На улице жарко, душно, окно в спальню открыто. Постепенно усиливали частоту ударов и их интенсивность. После 10–15 раза, слышим разъяренный крик деда: «Ох выйду, я вам покажу, мать- перемать!».

Тапочек домашних в те времена в селе не знали, и дед сразу попадает босыми ногами на…колючки. Падает назад, одновременно стреляет из ружья в воздух, затем опрокидывается на спину. Он буквально ревет: «Манька, твою мать, давай лампу!». Электричества тогда в селе еще не было. Выбегает тетя Маша, с зажженной лампой, попадает на колючки, тоже падает. Лампа покатилась по двору.

Дед все-таки и в этой ситуации, не забывал посылать нам угрозы, типа: «Я знаю, хто цэ, я вас усих пэрэстриляю, мать- перемать!».

Нас эти угрозы уже не трогали. Мы дали деду Гришке почувствовать, как неприятно кататься по напичканной колючками земле, даже без дополнительной обработки лозиной….

Мы, в какой-то мере, были отомщены, пусть даже таким варварским способом.

Не знаю, как другие ребята, а я для себя сделал выод на всю жизнь – «свои» охранники, бывают только для «своих» воров и снял для себя этот вопрос, навсегда.

Понятно, что после того, как мы с дедом Гришкой, обменялись похожими «любезностями», нашей с ним «дружбе», пришел конец. Ни одна из сторон об этом не жалела.

Мы вошли в лето. Заработали колхозные бригады, сразу решив для нас проблемы питания.