История без мифологии

Быть убийцей Пушкина – это было бы тяжелейшим бременем на его совести. Как бы то ни было, когда общие друзья попытались примерить дуэлянтов – Толстой мгновенно пошел навстречу. В противном случае Солнце русской поэзии могло закатиться гораздо раньше.

Страшная кара за дуэли

Чем старше становился граф, тем сильнее преследовали его демоны совести. У него был специальный блокнот, в который были записаны поименно все люди, которых он убил на дуэлях – всего одиннадцать человек.

Толстой был совершенно убежден, что Бог наказывает его за убийства смертью детей.

Особенно – семнадцатилетнюю Сарру. Это была удивительная девушка, красавица, обладательница великолепного голоса и поэтического дара. Казалось, "проклятие списка" на этот раз минует несчастного отца, но… Сарра заболевает психической болезнью, становится неуравновешенной и дикой, доставляя родителям невероятные мучения.

Последняя его дочь, Прасковья, стала единственным чадом графа, пережившим его.

В декабре 1846 года граф сильно заболел и вскорости умер. Предчувствуя смерть, Федор Иванович позвал священника. Исповедь Американца продолжалась пять часов – и батюшка вышел от умирающего весьма испуганным. Крестясь, он быстро спустился по ступенькам и даже забыл попрощаться с родственниками.

История без мифологии №4

Последний полет космонавта Комарова

Советский космос – это одна из последних твердынь СССР, которая еще не пала под натиском так называемых разоблачителей. Хотя попытки предпринимаются регулярно, начиная от конспирологической фантастики вроде пелевинского "ОМОН РА", в которой советскими космическими аппаратами управляют ампутанты, и заканчивая рассуждениями о том, что вся космическая программа СССР украдена у фашистской Германии.

Однако, один из самых стойких мифов, активно используемый против советского космоса – это трагическая история космонавта Владимира Комарова. Миф этот состоит в следующем: во время неконтролируемого падения одноместного спускаемого аппарата "Союз-1" Владимир Михайлович, зная о неминуемой гибели, якобы неистово ругался, в самых жестких выражениях проклиная Коммунистическую партию и самого "дорогого Леонида Ильича".