Йоханский причал

Она много раз говорила, чтобы он уходил, а папа отвечал, что и сам видеть ее больше не может, он говорил, что когда-нибудь она проснется, а его нет, и что тогда-то она поймет, какого это остаться с двумя детьми одной. Эмми и Томми очень боялись, что папа действительно уедет от них, они прижимались друг к другу, рассказывали выдуманные добрые истории и потом засыпали в обнимку.

Эмми сидела в кровати Томми, она виновато посмотрела на брата.

– Томми, как ты думаешь, папа сегодня придет?

Томми тотчас забыл, что обижался на сестру.

Тема родителей была единственной, в которой брат с сестрой были всегда на одной стороне.

– Я не знаю. Вчера они не ссорились, может его просто задержали на работе?

– Может. Томми, а давай сегодня вместе поспим?

– У тебя или у меня?

– А как ты хочешь, ближе к звездам или к эвакуационному выходу?

– Конечно к звездам.

Дети легли на верхней кровати и стали рассматривать узоры трещин на побеленном потолке.

– Томми, давай никогда больше не ссориться?

– Давай.

Пообещай, что мы всегда будем вместе?

– Обещаю.

Глава 2

Томми открыл глаза. Часы, стоявшие на прикроватном столике, показывали 5:02. Он так и не смог заснуть, а вставать уже через час! Подумать только, какой сегодня важный день, как вообще можно спать, когда примерно через 8 часов он увидит свою сестру, свою половинку! Последние две недели Томми готовился к приезду мамы и Эмми. Он тщательно перебрал все вещи в гараже, выкинул ненужные, а те, что папа не разрешил выбросить, Томми аккуратно сложил и закрыл той самой папиной старой ширмой.

Он отполировал свой самолет, который год назад они с папой вместе соорудили, подготовил во дворе взлетную площадку, даже покосил траву и вынес на веранду мебель. Все было готово и готово в лучшем виде. Осталось подготовить себя.

Томми вскочил с кровати и побежал в ванную комнату. Он открыл дверцу шкафчика и стал выбирать «взрослые» вещи отца, которые ему пригодятся сегодня впервые.

«Пена для бритья – подойдет, станок – тоже необходим, какой-то странный инструмент – отложим. О, вот одеколон для лица и шеи. Пожалуй, хватит.»

Томми выдавил пену себе на ладонь, – «Она так сильно увеличивается в размерах», – подумал он и выдавил еще столько же. Он растер пену двумя ладошками и стал размазывать по лицу. – «Ай, щиплется», – Томми зажмурил глаза так сильно, что пена со щек оказалась на его бровях.

Томми выбрил все лицо.