Несущий огонь Прометея

Если двоюродного брата Мишу или родного брата Женю заставляли читать, то Анатолий сам тянулся к чтению и знаниям. По словам его тетушки Нины Алексеевны, когда бы она ни пришла в дом своей сестры, она всегда видела его с книгой. Придет из школы, нальют ему кружку молока, положат хлеб, а он рядом книжку пристраивает. Глотнет немножко и за книжку.

Чп

В школе иногда ведь как бывает? Один хорошо учится и ему учеба не в тягость, потому что ему все интересно. А другой, чтобы выхвалиться. Но кто-то – вечный двоечник-второгодник.

Кто-то ленится, кто-то пропустил разок, другой – и запустил. По всякому бывает.

Был такой случай. Как-то подошел к Крючкову его одноклассник Сережа и, смущаясь, тихо проговорил: «Толик, помоги мне, я ведь долго болел, отстал и теперь ничего не понимаю». Без лишних слов Анатолий предложил ему вместе готовить уроки у него дома и постепенно наверстывать пропущенное.

Прошло время, и Сережа все наверстал. Если раньше он с тоской мечтал хотя бы о троечке, то теперь он и думать забыл об этом.

В дневник посыпались четверки и даже стали забегать пятерки. С тех пор он всегда старался держаться поближе к Анатолию.

Но бывало и по-другому. Раз пришел он из школы хмурый и какой-то удрученный. Мать ничего не могла от него добиться. Пришел отец, положил руку на плечо, проговорив: «Ну, сынок, что случилось? Давай поговорим. Вместе что-нибудь придумаем». А тут и Сережа пришел. Пришлось все рассказать. А случилось вот что. На перемене, как это не раз было, подходит здоровенный второгодник и тоном, не допускающим возражения, требует дать списать и на контрольной дать ему готовое решение.

Выслушав, Анатолий наотрез отказался выполнить ультиматум, заявив: «Говорю тебе в последний раз, что готов помочь тебе, но списывать больше не дам. Ты что делаешь после школы? Катаешься на санках, играешь в снежки, да обижаешь малышей. А я работаю и выхожу на улицу только после того, как все сделаю». Верзила опешил. Он угрожающе двинулся на Анатолия: «Ну, погоди, отличник, выйди на улицу».

Кончились уроки, и Анатолий направился домой. В укромном месте путь ему преградили трое. Трое на одного. С угрожающим видом они подходили к нему. Анатолий не был трусом, физически был крепок, однако никогда он ни с кем не дрался и не доказывал свою правоту кулаками. Мысль о подобного рода потасовках вызывала у него всегда негативное отношение.

А тут пришлось принять бой, бежать и праздновать труса он не собирался. И в этот момент он услышал: «Держись, Толик!».