Старосветские убийцы

Милые пожилые люди относились друг к другу с необычайной нежностью, присущей только счастливым парам, и очень трогательно называли друг друга «Люсенька». Андрей Петрович шел пешком с мужчинами, рядом катила бричка с Верой Алексеевной и ее ближайшей подругой, Ольгой Митрофановной Суховской.

–?Необычное какое имя – «Ялизавьета!» – заметил этнограф.

–?Оно вам хорошо знакомо, по-английски произносится как «Элизабет», – пояснил Тоннер.

–?Неужели? А ведь верно! Я уже заметил: русские, где только можно, исправляют звук «Б» на «В»: Варвара, Вавилон, Василий, – применил системный подход американец.

 – Схожая проблема, говорят, у японцев: они не выговаривают звука Л.

–?Так она и есть Элизабет, – заявила Вера Алексеевна, немало удивив племянника.

–?Как Элизабет? Разве есть сие имя в святцах?

–?При чем тут святцы? Она француженка. А вы не знали? – обрадовалась Вера Алексеевна. – После войны полковник Берг вышел в отставку и, решив зажить деревенскою жизнью, купил у помещика Куроедова поместье рядом с Северскими.

Но у Берга этого болел желудок, и принялся он по курортам ездить. Сначала на Минеральные Воды, потом в Спа поехал, во Францию. Полковник был мужчина видный, можно сказать, красивый, хоть и немец, а главное, холост. Там и познакомился с Элизабетой. Ее первый муж, француз, как раз умер, и она свободна была.

–?Своих вдов нашим мужчинам не хватает, заграничных ищут! – Сама давно вдова, Ольга Суховская, дама слишком аппетитных достоинств, тщетно искала если не спутника жизни, то хотя бы попутчика.

–?Не перебивай, Оленька, – продолжила Растоцкая. – Элизабет невеста была не бедная – у нее свои виноградники и винный завод, на всю Европу известный. Так что за Берга она по любви вышла, уверена в том. Жили они во Франции, сюда не ездили – Спа оттуда ближе, где желудок берговский лечили. Но не вылечили – умер полковник полтора года назад и завещал похоронить себя в России. Вот Элизабета и прикатила с гробиком. И ей тут понравилось. У нас ведь очень хорошо.

Правда, господин американец?

–?О, да, – проявил учтивость Роос.

–?Берг что, православным был? – уточнил Терлецкий.

–?Что вы? Конечно, нет. Лютеранин. Лизочку мы уже здесь, пару месяцев назад в православие перевели, когда они с Северским сговорились. Я восприемницей была, а Мухин, наш предводитель дворянства, – отцом-восприемником.

Терлецкий запнулся с переводом, но Тоннер быстро вспомнил английские Godmother и Godfather, и беседа потекла дальше.