Чрезвычайные обстоятельства

Подполковник подвел четверку спецназовцев к высокому, по пояс, барьеру, похлопал по серой выщербленной ребровине барьера ладонью, произнес внушительно:

– Барьер создан для того, чтобы осколки не поразили вас, когда будете метать гранату.

Лицо подполковника, розовое, плотное, хорошо выскобленное, излучало умиротворение, спокойствие и некую благостность, присущую «новым русским» – ну будто бы он приобрел в магазине недорогую прочную булавку, которой можно застегивать карман, туго набитый деньгами – «зеленью», популярной американской валютой, напрочь вытеснившей из России родимые «деревянные».

– Бросать гранату будете в яму, – подполковник потыкал рукою в пространство. – Вон туда… Видите яму?

Метрах в двадцати от бетонного барьера в земле была вырыта широкая яма. Промахнуться, не попасть в нее было невозможно. Хотя народ бывал у подполковника всякий – земля вокруг ямы была рябой от мелких воронок.

Спецназовцы молчали.

– Видите яму? – повторил вопрос подполковник.

Не увидеть эту силосную траншею мог только слепой.

– Товарищ подполковник, я этой ямы не вижу, – неожиданно послышался голос Проценко.

Подполковник был мужественным человеком, он ко всяким вопросам привык, проглотил и этот вопрос, похрюкал в кулак и повернулся к Проценко. Вновь похрюкал в кулак – хрюканье на этот раз было смущенным.

– Извините, – пробормотал подполковник.

Перед ним стоял здоровенный амбал с широким тупым лицом и косыми, сведенными к самой переносице глазами.

– Извините, – еще раз смущенно пробормотал подполковник, – сейчас я покажу яму. – Предупредил: – Предохранительные кольца, когда выдернете чеку и произведете бросание гранаты, – опять «бросание гранаты» – вы должны будете сдать мне. Лично в руки. Для отчета. Понятно?

Он обошел барьер сбоку и неспешно двинулся к яме, – специально показывать для косых, где она находится. Не то швырнет этот циклоп гранату себе под ноги, либо того хуже – под ноги подполковнику, старшему офицеру.

Проценко не сдержался, хмыкнул:

– А ведь действительно для меня, несообразительного, увечного, собирается показать, где находится яма.

– Собирается, – подтвердил Токарев.

Подполковник красноречиво потыкал рукой в сторону ямы, что-то произнес, но слова его не дошли до группы – они унеслись в горбатое, покрытое чахлым желтеющим березняком поле – ветер дул в ту сторону.