Ангелы и демоны российской власти. Монархи и фавориты

Все обрадовались, и весть об этом распространилась в народе, который сходился толпами в церквях молиться о выздоровлении императора.

На следующую ночь Пётр спал спокойно, и надежда на выздоровление возросла. 26 января он попросил есть. Ему дали овсяной кашицы, но едва он съел несколько ложек, как у него начались судороги, а затем лихорадочные припадки. Врачи осмотрели его и нашли, что надежды на спасение нет – язва в мочевом канале превратилась в гангрену.

К Петру допущены были сенаторы и вельможи. Он вспомнил старинный обычай своих предков: когда их поражала тяжкая болезнь и они чувствовали близость смерти, то спешили сделать добрые дела, чтоб умилостивить Бога за свои грехи.

Он указал освободить всех преступников, осужденных на каторжные работы, исключая убийц или осужденных за преступления против религии и верховной власти. Было дано прощение дворянам, не явившимся на смотр по царскому указу и подлежавшим потере движимого и недвижимого имущества. Все помилованные должны были в знак благодарности молиться Богу о его выздоровлении.

В тот же день после полудня архиереи и члены Синода совершили елеосвящение. Следующую ночь Пётр провел беспокойно. Он бредил, вскакивал с постели, и его с большим трудом удерживали. В полдень Пётр решил выразить свою последнюю волю.

Ему подали письменные принадлежности, но он написал только неразборчивые знаки, которые после, по догадкам, растолковали как слова: «Отдайте все…» Он позвал цесаревну Анну Петровну, но, когда она явилась к отцу, он уже не в силах был произнести ни одного слова…

Ночью троицкий архимандрит предложил ему еще раз причаститься и, в случае согласия, просил его шевельнуть рукою.

Тверской архиепископ Феофилакт Лопатинский читал над ним отходную до тех пор, пока у царя не прекратились признаки дыхания. Екатерина закрыла ему глаза и в изнеможении упала на постель умершего императора.

? СВОЙ ВЗГЛЯД

Разгадка фантастического влияния Екатерины на царя Петра проста, но уникальна. Пётр родился царем. Он с детства был таким, каким хотел быть, и делал только то, что хотел. А Екатерина, ставшая ему сначала любовницей, потом женой и, наконец, императрицей, была именно той единственной, которая ему была нужна. Она была ему матерью, женой, любовницей и другом одновременно.