Убийца не придет на похороны

– Едем, не едем, не твое дело. Места своего держись.

Хлопнув дверью, Мерзлов вновь скрылся в своем кабинете.

«И когда в конце концов у меня здесь порядок будет? Грязь несусветная, коробки, ящики, бутылки. Надоело, не могу все это видеть».

Он зло ударил ногой по ящику с сигаретами. Тот раскрылся, перевернулся, покатился, содержимое высыпалось на пол. Прямо по пачкам Мерзлов буквально побежал к письменному столу.

«Где же этот козел, мудак? Должен же сидеть на месте. Когда не надо, он всегда держит задницу в кожаном кресле, бумажки читает.

Савелий Мерзлов еще налил виски, налил почти половину стакана и, сделав несколько глотков, плюхнулся в кресло. Он был невысокий, широкоплечий. Очки в тонкой золотой оправе абсолютно не гармонировали с его грубым мясистым лицом, одутловатым, землистого цвета и с розовым большим носом. Маленькие мутные глазки поблескивали под стеклами.

«Вот незадача. Думал, все сложится хорошо, а тут, на тебе… И говорила же мне жена, что по гороскопу именно на сегодняшний день, именно на двадцать третье сентября мне придется рассчитываться с кредиторами.

Ни жену, ни детей Савелий не любил. И вообще, он на этом свете не любил никого. Даже самого себя и то презирал.

Наконец ярко вспыхнула лампочка на пульте большого телефонного аппарата, и раздался гудок.

Мерзлов схватил трубку:

– Алло, алло! – буркнул он в микрофон.

– Бирюковский говорить с вами будет, – прочирикала секретарша.

– Савелий, я как узнал, что ты меня ищешь, сразу же все бросил.

– А, ты? Вечно тебя где-то носит.

– Собрание акционеров, я сказал, чтобы меня не беспокоили, пока не кончится.

– А меня не колышит, Лева, что там у тебя было – собрание акционеров, онанистов, мудаков, коммунистов – не колышет.

– Что стряслось? – прозвучал из трубки вопрос. – Ты что, опять в дрезину нажрался?

– Да нет, я почти трезвый. А вот у тебя проблемы могут быть.

– У меня проблемы? – взволнованным голосом спросил Лев Данилович Бирюковский.

– Да, да, Лева, у тебя.

– Ну, и что же это за проблемы?

Услышав голос своего партнера, сумев с ним связаться, Мерзлов немного успокоился, пришел в себя и, поудобнее устроившись в кресле, вытряхнул из пачки сигарету, закурил, и сопя в трубку, принялся объясняться.

– Хороших новостей у меня для тебя, Лева, нет. А плохих сразу несколько.