Сабина Шпильрейн: Между молотом и наковальней

Периодические бунты против его власти завершились тем, что Моисей был убит, подобно тому как объединившиеся между собой сыновья в первобытной орде убили своего отца.

Со временем об убийстве Моисея пожалели и пожелали забыть. Неприятный факт его насильственного устранения был вытеснен из сознания. Учение Моисея было отвергнуто, но осталась традиция, которая по прошествии времени способствовала возвращению вытесненного. Представление о забытом Моисеевом Боге не исчезло бесследно. Идея этого Бога позволила еврейскому народу вынести все удары судьбы.

В преддверии возвращения вытесненного сознание вины овладело еврейским народом. Иудей из Тарса, Павел соотнес вину с предысторическим источником, назвав ее первородным грехом – таким преступлением перед Богом, которое может быть искуплено только смертью. В иудаизме возникла и отделилась от него христианская религия, где Сын Божий принес себя в жертву. Будучи невинным, Христос взял на себя вину за всех и позволил умертвить себя.

Если иудаизм был религией отца, то христианство стало религией сына – Бог-отец уступил место Христу.

Христианство стало новой, увлекшей многих людей религией, в рамках которой произошел отказ от богоизбранности и от обрезания. Вместо идеи избранности на передний план выступило освободительное искупление.

Часть еврейского народа приняла новое учение. Те же, кто отверг его, стали называться иудеями и обособились от остальных. Принявшие христианство обвинили иудеев в том, что они не хотят признаться в убийстве Бога, в то время как они сами покаялись в содеянном и очистились от вины.

Тем самым возникла психологическая почва для появления антисемитизма, тем более что еврейский народ продолжал отрицать совершенное им отцеубийство.

Фрейд не считал, что многовековое преследование еврейского народа целиком и полностью связано с тем, что он не захотел признаться в убиении Бога в лице его позднейшего перевоплощения. Имеются и другие причины, включая историческую обособленность евреев, живущих в меньшинстве среди других народов: их упорство перед лицом любого гнета, их способность преуспевать в различных сферах хозяйственной жизни и вносить значительный вклад во все области культуры.

Почему для иудеев оказалось невозможным сделать шаг вперед и исповедаться в богоубийстве?

Это вопрос оставался открытым для Фрейда, который ограничился психоаналитическим рассмотрением фигуры Моисея и его монотеистической религии.